Менталист

Этих женщин не было в живых; между тем Винсента интересовало, бегали ли они трусцой. Можно ли представить себе больший абсурд?

Он перевел взгляд на полку и героев «Уоргеймера», которых с такой любовью нарисовал Беньямин несколько лет тому назад. Смотреть на лица на мониторе больше не оставалось сил.

Дверь распахнулась, и в комнату вбежал Астон со следами шоколадно-молочной пены вокруг рта.

— Что вы здесь делаете? — радостно закричал он. — Мы с мамой только что перекусили, а вас не было…

— Тебя стучаться не учили? — проворчал Беньямин.

Астон уставился на монитор, с которого как ни в чем не бывало смотрели две женщины, до сих пор, похоже, не подозревавшие, что они мертвы.

— Это твои знакомые, папа?

Тут же в дверях возникла Мария.

— Где папины знакомые? — спросила она. — Боже мой, Винсент, они же лет на тридцать тебя моложе!

— Мария! — зарычал Беньямин, багровея от ярости. — Мы заняты!

Винсент откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Похоже, на сегодня чаша его терпения переполнена.

— Заканчивайте со своим сайтом знакомств, — сердито продолжала Мария. — Ужин стынет.

— То есть вы перекусывали перед ужином? — Винсент настороженно поднял бровь.

Мария выпучила глаза, не зная, что на это ответить. Ни для кого в этой семье не было секретом, что Астон вертит мамой, как хочет, но и о Марии в отношении Астона можно было сказать то же самое. Ни у кого больше Винсент не наблюдал таких симметричных отношений, включая Беньямина и Ребекку.

— Она всегда была такой? — спросил Беньямин, когда Мария вышла.

— Не думаю, что она в полной мере осознает свое поведение, — ответил Винсент. — По крайней мере, хочет как лучше. Ты же видишь, как она заботится о Астоне. Иногда мне кажется, что ее просто не хватает на большее.

— Она тратит слишком много времени на свои Таро-расклады, — усмехнулся Беньямин. — Мама хохочет каждый раз, когда я рассказываю об этом.

— Ты мог бы хотя бы попытаться быть с ней приветливым. Она ведь желает тебе добра.

Беньямин кивнул, повернулся к компьютеру и поставил пальцы на клавиатуру.

— Еще один вопрос, папа… Даты. Часы. Ты уже пробовал перевести время смерти в какую-нибудь другую систему? В буквы, например?

Винсент кивнул. Конечно, он обо всем этом думал. Он-то не сомневался, что на правильном пути, когда заметил, что первое убийство произошло 13 января в 14 часов. 13–1–14, в переводе на буквы MAN, то есть «мужчина». Выглядело странно, особенно с учетом того, что жертвой была женщина.

— Да, конечно, я пробовал, — ответил Винсент сыну. — И это ничего не дало.

— Хорошо, идем дальше. Что, если перевести эти числа в бинарную систему? Это ты тоже пробовал? Все числа палиндромальны, здесь все зависит от системы.