Меня зовут Корокотта

— Хочешь быть оштрафованным и в ссылке очутиться⁈

Штраф бы я заплатил и согласился со ссылкой, если бы отправили в латифундию, но сейчас заведено выгонять в Грецию или Испанию, причем в маленький городок. Поэт Овидий, как я знал, окажется и вовсе в Томах на берегу Черного моря, где умрет от горя потому, что никто не понимал его стихи на правильной латыни.

Дома меня ждал удар в спину, когда сообщил жене, что по приказу Октавиана Августа избран курульным эдилом.

— По его личному приказу⁈ — удивленно переспросила она.

— Да. Предлагал мне стать народным трибуном, я отказался и в наказание стал эдилом, — рассказал я.

— Ты отказался стать трибуном⁈ — возмущенно воскликнула Флавия.

На ее лице появилось так знакомое мне выражение, которое частенько видел на лицах жен, не всех, правда. Его можно изложить цензурно следующими словами: «Удовольствия твоей маме! С каким удивительно нехорошим человеком я живу!».

— Хотел и от эдила отказаться, но предупредили, что буду сослан вместе с семьей на границу со скифами, — продолжил я издеваться над бедной женщиной. — Или ты не поехала бы со мной туда?

— Не говори ерунду! — гневно бросила она и, окинув меня взглядом, как раба, выставленного на продажу, более спокойно произнесла: — Курульный эдил — это тоже неплохо для начала государственной карьеры.

Наверное, прикинула, как я буду выглядеть в консульской тоге с широкой пурпурной полосой, жезлом из слоновой кости в руке и в сопровождении двенадцати ликторов с фасциями, и себя, семенящей сзади, как положено примерной жене. Только вот в будущем я не видел в списках консулов ни одного с греческим именем Александр, иначе бы запомнил и погордился за тезку. Разве что запишут под каким-нибудь другим.

Глава 70"

"Курульному эдилу никаких знаков отличия не полагается, но со мной начали здороваться чуть ли ни все подряд. Человек я приметный, а горожане очень быстро узнали, что за строительством храмов и не только в этом году будет присматривать по личному приказу императора бывший гладиатор Крокута, ставший всадником и богатым человеком. Да-да, это именно ему принадлежит та самая шикарная инсула возле Септы Юлия. Может, при нем и другие здания построят лучше, надежнее, чтобы хотя бы не разрушались, хороня под обломками жильцов. Я решил, что меня уж точно не изберут больше ни на какую должность, если буду исключительно честно и добросовестно относиться к своим обязанностям. Или где-то рядом. В Риме честным чиновником считается тот, кто ворует с неохотой.

Резонансное дело подвернулось в конце февраля. Точнее, сперва оно обещало быть проходным.