Брат жениха. Он хочет меня

Он же не знает, как и что между нами происходило, иначе бы не говорил такие глупости! Но не стану же я рассказывать ему, как он обманом получил меня в свою постель, что предлагал мне приложением к работе секс? — Он любит только одного человека — себя!

— Мне так не показалось.

— Значит, тебе неправильно увиделось!

— Упрямая…

Повисла неловкая тишина. Мне продолжать этот разговор не хотелось.

— А ещё не поехала из-за меня, да? — сказал он тихо через паузу.

Подняла на него глаза. Ну а как я его брошу?

— Не вини себя, пап.

— Я не маленький ребёнок, Лина, — упрекнул он меня. — Я справился бы и сам. Не нужно ставить на себе крест из-за меня.

— А как же закончившийся не вовремя баллончик? — спросила я. — Забыл?

Папа снова замолчал. Ему очень тяжело, что из-за состояния его здоровья я не могла воспользоваться шансом поработать за границей. Знаю, что он чувствует себя неполноценным. Но не знаю, как его утешить. Просто обняла его, поцеловав в седую макушку.

— Пап, я так решила. Я остаюсь, — сказала я ему, прижимаясь к нему и успокаиваясь от родного тепла. — Жить вдали от дома, от тебя — это не моё. Я же уже была там, чужая страна и люди меня совсем не радовали.

— Есть и ещё причины, почему ты отказала Марату?

Спросил так, словно говорит не о работе. Он понимает куда больше, чем я произношу вслух.

— Да, пап. Есть.

— Может, нет ничего не решаемого?

— Есть.

— Не поедешь?

— Нет.

— Упрямица…

— Я так решила. Всё, спокойной ночи, мне вставать рано.

Ушла с кухни, чтобы больше не давать возможности ему бередить мои раны. Да и вставать действительно очень рано.

— Не пожалей, глупая… — услышала я вслед.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Не буду я жалеть. С чего бы? Он мне не жених и не муж. Никто никому ничего не должен. У меня своя жизнь, у него своя. Так было с самого начала, и мы оба понимали, что нам не по пути. Поддались страсти — вот о чем я в самом деле жалею, но ни о чём более…

* * *С момента, как я съехала от Любы, прошло две недели. Квартиру мою освободили, мы с папой навели там генеральную уборку, и я вернулась домой. С разбитым сердцем и мечтами, словно побитая собачка. Ну ничего, выживу, и в не такие передряги попадала. Гораздо больше меня беспокоила работа…

Марку я снова объяснила, что сближаться не намерена, и он вроде бы принял мою сторону, но всё равно в покое не оставляет. Постоянно предлагает подвезти меня вечером, а на столе я нахожу цветы, шоколадки, кофе… Иногда в двойном экземпляре… Кажется, Вадим тоже активничает. Я боялась, что он начнёт меня зажимать в кабинете, но он только смотрел, мог дотронуться до руки, но не больше.