Скажи пчелам, что меня больше нет

Она прекрасно знала, что это глупость, однако синяя полоса служила воззванием для тех, кто ее видел, как и для нее самой.

— Готово? — спросила Рэйчел в очередной раз только лишь для собственного успокоения. — Женщины красят лица так же, как и мужчины?

— О да, — заверила Кэтрин. — Не для битвы, разумеется, а по особым случаям — в честь свадьбы, визита вождя, Клубничного фестиваля…

— По особым случаям, — уверенно повторила Рэйчел. — Да, это он и есть.

— Замечательно, — довольно сказала Кэтрин, глядя поверх плеча Рэйчел на ее отражение в зеркале. — С такими темными бровями и ресницами у тебя просто… убийственный взгляд. В хорошем смысле, разумеется, — поспешно добавила она, похлопывая Рэйчел по плечу.

* * *У Вакьотейеснонсы был скромный, но добротный фермерский дом на своей земле, а за ним, как и у Тайенданегеа, на опушке леса стоял длинный общий дом — строение из дерева, шкур и кожаных ремней будто сливалось с деревьями.

Как большое животное, притаившееся в засаде, — подумала Рэйчел.

Встретив гостей во дворе перед домом, женщина пригласила их внутрь и угостила молоком, виски и маленьким сладким печеньем. Она вполне искренне восхищалась Огги и проявила деликатное уважение к Рэйчел, хотя слегка оторопела при виде ее раскраски и все время отводила взгляд.

Она и правда была очаровательна. В обычных для могавков рубашке и штанах из мягкой оленьей кожи, увешанная дюжиной маленьких серебряных колец; невысокого роста и все еще гибкая, несмотря на то что произвела на свет троих живых детей и Йексу, мертворожденную дочь Йена. Рэйчел решила, что они с ней одного возраста, хотя суровый климат и невзгоды оставили след на лице Работающей Руками. Зато ее живые глаза лучились теплом; она часто и открыто встречала взгляд Йена.

Вошли дети в сопровождении пожилой женщины, которая улыбнулась Йену. Младшие, девочки лет четырех и двух от роду, были прелестны, с мягкими темными глазами, как у матери, и серьезными красивыми лицами, вероятно унаследованными от покойного отца. Рэйчел постаралась не слишком пристально вглядываться в старшего мальчика лет семи-восьми и поборола искушение перевести взгляд с лица мальчика на лицо Йена.

Похож на своих сестер, однако не настолько, как они друг на друга, — подумала она. Высокий для своего возраста, худощавый, с живыми чертами лица: скорее обаятельный, чем красивый. Его глаза не походили на материнские — темные, но с ореховым оттенком, которого не было у девочек."

"— А это мой старший сын, — с гордой улыбкой сказала Эмили, представляя детей. — Мы зовем его Тотис.

Тотис с любопытством оглядел гостей, однако больше всего заинтересовался Огги и по-английски спросил его имя.

— У него еще нет имени. — Йен улыбнулся мальчику.