Скажи пчелам, что меня больше нет

Йен вздохнул, пристально посмотрел на девушку и дал ей золотую гинею.

— Васквез, — уверенно заявила она. — Себастьян Васквез.

— Васк… он был испанцем? — спросил Йен, мысленно исправив ее искаженную версию на «Себастьян Васкес».

— Не знаю, — честно ответила Трикс. — У меня ни разу не было испанца — по крайней мере, ни один из клиентов мне об этом не сообщал. Я не знаю, как звучит их язык.

— В постели все они звучат одинаково. — Мэг выразительно посмотрела на Йена. Трикси смерила подругу испепеляющим взглядом.

— Он определенно говорил с иностранным акцентом. Но точно не как француз — те вечно гнусавят. У меня было три француза, — не без гордости пояснила она. — Их тут хватало, пока Филадельфию занимали британские войска.

— Когда Васкес приходил сюда в последний раз?

— Два… Нет, скорее три года назад.

— Он тогда выбрал Джейн?

— Нет, он выбрал меня, — огорошила его Трикс и скорчила гримаску. — От него воняло порохом, как от артиллериста. Правда, у артиллеристов руки всегда черные от пороха, а Васкес был чистый. Однако пахло от него так, будто он недавно стрелял из пистолета.

Йена вдруг осенило — хотя думать становилось все труднее. Тело начало активно реагировать на присутствие девушек, а возбуждение обычно плохо сказывается на мыслительных способностях.

— Думаешь, он все еще служит во флоте? — спросил он.

Девушки озадаченно молчали.

— Может, он упоминал название корабля или говорил, что набирает команду? От него, случайно, не пахло морем? Или… рыбой?

Последний вопрос рассмешил собеседниц.

— Нет, только порохом, — ответила Трикс, отсмеявшись. — Матушка Эббот называла его «Капитан», — добавила она. — А значит, он точно не был простым солдатом.

Еще пара вопросов — и обе бутылки опустели. Очевидно, девушки рассказали ему все, что знали. По крайней мере, у него теперь есть имя. В доме стало шумно: послышался звук открываемых дверей, тяжелые шаги, гул мужских голосов и приветственный женский щебет; день клонился к вечеру, и в заведение начали подтягиваться клиенты.

Йен встал, невозмутимо привел себя в порядок и с любезным поклоном поблагодарил девушек за помощь.

Он уже спустился по лестнице, как вдруг услышал оклик и поднял голову: Трикс стояла на площадке верхнего этажа, перегнувшись через перила.

— Да? — отозвался Йен.

Девушка глянула вокруг, удостоверилась, что поблизости никого нет, а затем стремительно сбежала по ступенькам и ухватила его за рукав.

— Я знаю еще кое-что, — сказала она. — Когда матушка Эббот собралась продать девственность Арабеллы, выяснилось, что та ее уже потеряла. Пришлось использовать пузырь с куриной кровью.

* * *Сильвия вручила девочкам полный поднос еды и отправила их ужинать в спальню, а затем села за стол.