Скажи пчелам, что меня больше нет

Вернее, от его разговора с отцом.

— Понимаю. — Она нежно погладила Тревора по мягкому пушку на голове и прижала к себе. Уильям ощутил внезапный укол зависти.

Поднявшись со скамьи, Амаранта молча смотрела на дом, качая сына на руках; ветер теребил ее светлые волосы.

— Нам с Тревором пора возвращаться, только я боюсь помешать беседе. Что же они так долго?

32

Громко пой, кукушка![97]

Джон Грей на мгновение застыл, недоуменно уставившись на дверь, за которой только что исчез сын; а у него за спиной на изящном позолоченном стуле восседала громадная проблема. Совершенно не представляя, что сейчас произойдет, он повернулся и выпалил первое, что пришло в голову:

— Не хотите ли бренди, мистер Синнамон?

Молодой индеец вскочил со стула — несмотря на внушительные размеры и полное смятение на широком лице, двигался он на удивление грациозно. Глаза паренька светились таким ужасом и надеждой, что у Грея сжалось сердце. Мягко приобняв гостя за плечо, он подтолкнул его к самому надежному предмету мебели в доме — вместительному креслу из массива дуба.

— Садитесь. — Он сделал приглашающий жест. — Позвольте вам чего-нибудь налить. Думаю, выпить не помешает.

По крайней мере мне — точно. О боже, что я ему скажу? — думал лорд Грей, направляясь на кухню.

Отыскав бренди, неспешно разлил его по бокалам, словно оттягивая неизбежное. Затем вернулся к гостю, сел в полосатое зеленое кресло с подголовником и взял свой бокал, испытывая одновременно тревогу и приятное волнение.

— Рад заново с вами познакомиться, мистер Синнамон, — с улыбкой заговорил он. — Если не ошибаюсь, в нашу первую встречу вам было около полугода. С тех пор вы подросли. Как же давно это было…

Синнамон слегка покраснел — мертвенная бледность сошла наконец с его лица — и смущенно кивнул.

— Я… Спасибо, — выдавил он, — что заботились обо мне все эти годы.

Грей скромно отмахнулся и с любопытством спросил:

— Сколько вам лет?

— Двадцать, сэр — или следует называть вас «милорд» или «ваше сиятельство»? — спросил юноша, заметно волнуясь.

— «Сэр» вполне подходит, — заверил Грей. — Могу я узнать, как вы познакомились с моим… с Уильямом?

Молодой человек с радостью ухватился за возможность честно и без утайки ответить на столь простой вопрос. К окончанию рассказа он заметно расслабился, а его бокал почти опустел — лишь на дне плескался янтарный осадок. Прикинув в уме вес гостя, лорд Джон щедро подлил ему бренди."

"Ох уж этот Маноке, — раздраженно подумал он, хотя ситуация его отчасти забавляла. Да и какой смысл сердиться? Маноке всегда поступал по-своему. Но в то же время… Несмотря на редкость и нерегулярность встреч, Грей доверял индейцу больше, чем кому-либо, — за исключением родного брата и Джейми Фрэзера.