Найди меня

И потому они подсылали наемных убийц и вырезали на корню беззащитные деревни.

Но. Он его единкровный брат.

После смерти Джонаха у Рихарта вообще никого не осталось. Его матушка давно мертва, а с ее родней он не хотел знаться. За то, что в свое время отвернулись от него, когда он стал опальным принцем. Тогда он умер для них, теперь они для него.

Он привык обходиться без родных. Смолоду с ним рядом были проверенные боевые товарищи, они заменяли семью. Но слишком многие из них погибли в одночасье. Осталось всего четверо, Найкл и Фарэйн здесь, Зиберт и Катт в Генте. И каждым из них он дорожил и боялся потерять.

Как приговорить к смерти единокровного брата? Но и отпустить его на свободу как? Кровавый хвост тянулся за ним через десятилетия, душ загубленных не счесть. Вечное заточение? От этой мысли Рихарта передергивало, сам он предпочел бы смерть.

Королю нужно было понять. Что надеялся найти в усыпальнице, и сам пока не знал. Просто увидеться с теми, кто был его семьей. Может быть, найти ответы.

***

Он еще не бывал тут ночью. В древней усыпальнице никто обычно не появлялся ночью. Живому человеку жутко приходить к мертвым в тот час, когда тени факелов падают на их окаменевшие лица, и не различить, кто жив, а кто мертв по-настоящему.

Король вошел туда один, его сопровождал только священник. Факел дрожал в руке человека в белой сутане. Хоть ритуалы мертвых и были его обязанностью, ему сейчас было по-человечески страшно. Рихарт понимал его состояние, но за свою жизнь успел усвоить, что по-настоящему надо бояться вовсе не мертвых. Куда страшнее живые.

Длинный ряд окаменевших фигур, уходящий в темноту. Древние короли стояли на постаментах, наследные принцы лежали на каменных ложах. Холодные и серьезные, застывшие как камень. Вот Джонах, молодой и прекрасный, сейчас его лицо выглядело спокойным и даже... счастливым? Может быть. Ведь Рихарт видел своими глазами его призрачную тень на могиле Линевры.

Странно это, обрести счастье уже в посмертии, но королю трудно было судить. Невозможно судить о том, чего не знаешь. Как живут мертвые, живут ли они вообще? Куда уходят души, почему иные возвращаются, становясь тенями, призраками? Невозможно понять. Он и не пытался, на все воля Божья.

С живыми бы разобраться.

Вот старший брат Гордиан, муж Линевры. Суров и строг, замкнут, мрачен. Рихарт всматривался в черты брата и... что это, сожаление, вина? В какой-то момент ему почудилось сходство, он даже не смог уловить мысль, она мелькнула и исчезла. Смятение охватило его. И ощущение, будто брат что-то хотел сказать. Но мгновенное наваждение исчезло, мертвый Гордиан снова был замкнут в своей строгой каменной неподвижности.