Люби меня

Но то, как они смотрят на Сашу, не прикрыть никакой дружбой. Уверенности мне вроде как не занимать. Однако здесь я впервые с начала наших отношений, которые до этого по большей части проходили наедине, испытываю какую-то раздробленную гамму эмоций. Среди них присутствует ревность. А еще злость – на них, на него и на себя.

На них – за то, что они такие мерзкие липучки. На него – за то, что он такой привлекательный. На себя – за то, что реагирую на все это, тогда как в Сашиных чувствах ко мне нет сомнений.

Ну, разве можно так смотреть на парня, который в этот момент обнимает свою девушку?! Усмехаются, стреляют размалеванными глазками, облизываются и будто своей очереди ждут.

– Саш… – зову тихонько, когда он наклоняется, чтобы оставить на моей шее новую серию влажных и безумно горячих поцелуев. – Ты же не против, что я всем говорю, будто мы уже больше месяца вместе?

Он выпрямляется и замирает взглядом над моей головой. Делает так всегда, когда ему требуется время на то, чтобы обдумать ответ.

– Не против, – заключает, наконец. Смотрит мне в лицо. Еще не улыбается, но я уже улавливаю, когда близок к этому. Оказывается, необязательно должны изгибаться губы. У Саши все лицо меняется. Глаза особенно. – Но мне интересно, зачем?

Ему интересно, а мне сносит голову от любви, когда он это выдает и, наконец, улыбается.

– Просто для меня все раньше началось… Хотя бы с того момента, как ты прижался ко мне губами под дождем, – признаюсь с некоторым смущением. Голос до хрипоты садится, но это волнение по большей части вызвано воспоминаниями. – Но по сути – еще раньше… – шепчу все тише. Бросаю мимолетный взгляд на сидящих у края бассейна девчонок, набираю побольше воздуха и продавливаю то, что, так или иначе, беспокоило: – Если ты, конечно, не был ни с кем на Микосе… Мм-м… Тогда это бы все перечеркнуло… Наверное, я…

Сама не понимаю, что скажу дальше. Хорошо, что Саша в этот момент соображает быстрее.

– Ни с кем не был, – говорит он.

И мне от этого сообщения так тепло становится, будто внутри какой-то источник врубается. Даже палящее солнце такого эффекта не оказывает. Думаю, не оно же влияет на глаза Георгиева, в темных глубинах которых сейчас появляются искорки.

Не скрывая радости, тянусь к нему и прижимаюсь лицом к его лицу.

– Для меня это очень важно.

Мы почти обнаженные – на мне купальник, на нем только шорты. Мы оба мокрые и разгоряченные. Мы влюблены и возбуждены.

И это так идеально, что лучше и вообразить сложно."

"Я боялась, что Саша при друзьях отстранится и будет вести себя холодно. Но в этот момент мы не замечаем никого. Играет музыка, и когда я, разволновавшись, начинаю машинально покачивать в такт ей бедрами, Саша поддерживает эти движения – обвивая руку поперек моего тела, инициирует настоящий танец.