Меня зовут Корокотта

Его шлем, темно-красный скутум с нарисованной черной волчьей мордой выше умбона и гладиус в деревянных ножнах, обтянутых тонкой кожей и скрепленных надраенными, бронзовыми деталями, нес следом юноша, наверное, ученик лудуса.

Чем ближе мы подходили к цирку Фламиния, тем больше зевак было по обе стороны дороги. Основная часть приветствий была предназначена моему сопернику. Мало того, что самый рейтинговый из семнадцати пар гладиаторов, которые будут сражаться сегодня, так еще и красив. Большую часть его поклонников составляли женщины бальзаковского возраста. Изредка слышались пожелания и другим гладиаторам.

— Крокута, убей вшивого германца! — донесся из толпы мужской голос.

Наверное, прокричал это родственник легионера, погибшего в Германии. Воины с большим уважением относятся к врагам в отличие от диванных героев. Впрочем, диванов пока что нет, хотя некоторые деревянные кровати с тремя спинками напоминают их. Я помахал в ту сторону рукой: услышал, выполню.

Цирк был заполнен до отказа. Впервые видел, чтобы так много зрителей сидело на коротких сторонах. Мы уже делали почетный круг по арене, а они всё шли и шли. Сборы сегодня будут отменные. Мунерарии и хозяин цирка станут богаче. Кто-то из гладиаторов заработает немного, а кто-то погибнет или будет ранен. Многие наши, даже те, кому предстояло сражаться, ушли смотреть бои.

Я остался в помещении, выделенном нашему лудусу. Мой бой самый рейтинговый, поэтому будет финальным. В стенах были неглубокие ниши, в которых настелили доски, чтобы сидеть или лежать. Римляне очень небрежно относятся к спальным местам. Если есть именно спальня, то обычно это маленькая коморка, в которой помещается только кровать, причем высокая, с деревянной или каменной подставкой, чтобы забраться на нее. Богатые супруги могут спать порознь и на деревянных кроватях с сеткой из кожаных ремней и периной, а бедные — вместе и на каменных, застеленных соломой или сеном."

"Время текло медленно, как густая сметана. Возвращались гладиаторы после поединков. Кто сам с победой и ложился в свободной нише, чтобы успокоиться. Кого-то приносили и клали на длинный стол, и нанятый на день хирург по-быстрому зашивал раны, мазал мазью, забинтовывал, поил целебным, по его мнению, отваром, после которого долго плевались. Как я понял, у каждого из нынешних врачей свой набор самых невероятных ингредиентов, которые должны обязательно вылечить раненого, начиная от птичьего помета и заканчивая перетертыми в пыль скорпионами или хвостами ящериц. У меня на такой случай собственная аптечка с аналогом мази Вишневского и опием на тяжкий случай.

— Крокута, приготовься! Ты следующий! — заглянув в помещение, крикнул один из учеников и сразу убежал на места для зрителей смотреть бой.