Меня зовут Корокотта

Жилой дом меньше римского, дворик размером с одеяло, сарай, конюшня на два стойла, курятник, подвал, небольшой садик с двумя шпалерами винограда, оливой, инжиром, яблоней и раб-иллириец Таул преклонных лет, присматривавший за всем этим круглый год. Как призналась Флавия, каждый раз, перебираясь на виллу, они гадали, жив ли еще старик? Напомнило мне ситуацию с советскими дачами: у первого секретаря обкома был особняк в три этажа на трех гектарах, а у работяги — вагончик на шести сотках. Зато оба имели полное право заявить, что у них за городом есть жилье для отдыха в теплый сезон. Единственным плюсом виллы было расположение ее на вершине плоского холма, с которого было видно бирюзовое Тирренское море, до которого по прямой с римскую милю, равную тысяче четыремстам восьмидесяти метрам. Теперь мне понятно, почему Тит и Цецилия не спешат уезжать из Рима, даже ради счастья дочери."

"Раб Таул оказался сухощавым и довольно бодрым старичком. Он из пофигистов, у которых руки растут не из того места, мешают сидеть, или — ни разу не удивлюсь — выдает себя за такого. Несколько раз запорол важные дела, вот его и перестали напрягать. В теплое время года, когда хозяева на вилле, еще что-то делает, а зимой давит харю сутки напролет. Ему оставляют продукты, чтобы не помер раньше времени. Что-то, наверное, добывает силками, петлями, потому что видел у него на распялках шкурки зайцев, которые, уверен, продает скорнякам или обменивает на жратву. Мы приехали не в урочное время, без предупреждения, не успел спрятать. По пути сюда Флавия переживала, что может застать его мертвым. Не стал ей предсказывать, что Таул еще поссыт на могилы своих хозяев. Само собой, нам он не обрадовался, но у раба желаний и претензий не бывает по определению. Рабыня Минора быстро построила его, заставила выполнять всю тяжелую работу по дому, которой вдруг появилось очень много, чтобы обеспечить достаточный, по ее мнению, комфорт для хозяйки и заодно молочной доченьки. Под ее бдительным оком Таул превратился в хорошего работника.

Я по утрам отправлялся в Остию, до которой около двух миль. Там имелось несколько стапелей. Строили на них в большинстве случаев галеры с разным количеством весел, но согласились заработать и на маленьком «круглом» корабле, как назвали мой вариант фолкстонского тендера грузоподъемностью тонн двадцать восемь и с шестью веслами для маневров в порту. Опять остановился на этом парусно-гребном судне, как по мне, идеально подходящем для Средиземного моря. Да и денег не хватает на шхуну. Я не собираюсь, по крайней мере, когда раскручусь, перевозить тяжелые и дешевые грузы. Сосредоточусь на легких и дорогих, которые буду доставлять намного быстрее, чем галеры, поэтому надо оставить деньги на первую партию товара.