Назови меня своей

Может, я им нужна только для кормёжки и приятного времяпрепровождения, а для рождения наследника они выберут кого-то из своих женщин… Почему при этой мысли в груди болезненно сжалось, я предпочла не думать. Мы зашли в дом и Мартин понёс меня на второй этаж.

— Надо намазать твою попку, ей сегодня досталось, — с усмешкой пояснил он, открывая ногой дверь в мою спальню, и лицо вспыхнуло от откровенного намёка.

Меня поставили на ноги и легонько подтолкнули к кровати.

— Ложись на живот и подними платье, — скомандовал лорд Мартин, только в его голосе я слышала те же мягкие нотки, что и раньше в разговоре.

Странно, очень странно. Неужели моя покладистость в парке настолько впечатлила его? Или что? Погружённая в раздумья, я добрела до кровати, послушно устроилась на ней и оголила ягодицы. Подумав, немного смутившись от собственных откровенных мыслей, чуть раздвинула ноги, спрятав лицо в покрывале. Спустя недолгое время кровать прогнулась, и между ягодиц скользнули пальцы лорда Мартина, вымазанные прохладным кремом.

— Не сильно болит? — неожиданно заботливо поинтересовался вампир, нежно поглаживая деликатное место, и приятная прохлада убирала саднящие ощущения, принося покой и лёгкое волнение.

— Н-нет, — честно ответила я, тихо млея от этих неторопливых движений.

— Вот и хорошо, — удовлетворённо отозвался лорд Мартин и добавил будничным тоном. — Чем скорее привыкнешь, Лёля, тем лучше будет для всех. Ты ведь понимаешь, что по очереди мы больше не будем?..

Осознав, о чём он говорит, я смутилась ещё сильнее, но почему-то от красноречивого намёка охватил не страх или замешательство, а — волнение. Ох. Да, быстро меняюсь, но по-другому никак. Прикусив губу, чувствуя, как пальцы Мартина словно невзначай то и дело задевают нежные складочки, постепенно увлажнявшиеся, я прерывисто вздохнула и пробормотала, уткнувшись лбом в скрещенные руки:

— Умница, — мурлыкнул Мартин и запечатлел звонкий поцелуй на одной из ягодиц.

Я аж дёрнулась от неожиданности, но он тихо засмеялся и легонько прижал меня к кровати, продолжая смазывать мою попку.

— Ещё часа полтора, как Валентин вернётся, чем займёшься, Лёля? — как ни в чём не бывало, спросил доброжелательно Мартин, и откуда-то я знала, что ему в самом деле интересно, и это не праздное любопытство или вопрос из вежливости.

Если бы не хотел со мной разговаривать, то и молчал, это я понимала. Носфайи не обязан развлекать меня, это вообще-то моя обязанность в некотором роде. Я ненадолго задумалась, потом не слишком уверенно ответила:

— Наверное, мозаику начну собирать. Хочу картину сюда повесить… Вы не против? — поспешно спросила, повернув голову и посмотрев на Мартина.