Весь Мегрэ. Том 3

Одним глотком он опрокинул рюмку, вернулся на свое место, раскурил погасшую трубку…

Теперь он был немного спокойнее и говорил непринужденным тоном, как если бы дело уже не касалось его лично.

— Как раз сейчас эксперты тщательнейшим образом осматривают вашу машину… Я не открою вам секрета, сказав, что, если труп перевезли в ней, есть надежда найти там его следы… Вы это поняли настолько хорошо, что после моего сегодняшнего визита к вам утром ощутили необходимость отправить ее в мойку… Тихо! В последний раз я приказываю вам молчать, иначе вас немедленно отведут в камеру предварительного заключения… Я также довожу до вашего сведения, что группа специалистов уже выехала на улицу Ла Брюйер…

Гайар вздрогнул, пробормотал:

— Моя жена…

— Они едут туда не для того, чтобы заниматься вашей женой… Сегодня утром в окно я заметил во дворе нечто вроде навеса… Его обследуют сантиметр за сантиметром… Подвал тоже… И все остальное в доме, вплоть до чердака, если это потребуется… Вечером я допрошу обеих ваших служанок… Я сказал: молчать!.. Адвокату, которого вы выберете себе, нетрудно будет доказать отсутствие преднамеренности… То, что ваша машина по случайности оказалась неисправна и что у вас не было другого транспорта, чтобы избавиться от трупа, подтверждает это… Вам пришлось ждать, пока починят вашу машину, а ведь не так уж приятно провести два или три дня с трупом в доме…

Теперь уже он говорил самому себе, не глядя на собеседника. Все мелочи, отмеченные им в последние дни, всплывали в его памяти и становились на свои места. На все вопросы, которые он задавал себе, нашелся ответ…

— Мазотти был убит семнадцатого мая, и мы допрашивали тех, кто в последнее время страдал от его рэкета… И по крайней мере один из ваших клиентов, Эмиль Буле, получил вызов в числе первых… Связался ли он немедленно с вами, поскольку вы занимались его декларациями о налогах и еще двумя незначительными делами?.. Но он пришел сюда восемнадцатого мая, и ему задали несколько шаблонных вопросов… После этого он был вызван во второй раз на двадцать второе или двадцать третье мая, не знаю, для чего, возможно, инспектор Люка захотел кое-что уточнить. Итак, двадцать второго мая после полудня Буле снял со счета в банке пятьсот тысяч франков… Ему срочно понадобились наличные деньги… Он не мог ждать до вечера, чтобы взять их в кассе своего кабаре… И эта сумма бесследно исчезла… Я не спрашиваю, не вы ли ее получили… Я это знаю…

Он произнес последние слова с презрением, какого никогда еще не выражал ни одному человеческому существу.