Весь Мегрэ. Том 3

Но не часто, потому что он все помнил сам… Он был человек спокойный, рассудительный и относился к своим делам очень серьезно…

— Он ни с кем не должен был встретиться в тот вечер?

— Насколько мне известно, нет…

— А вы знали бы об этом?

— Наверное… Я не хочу преувеличивать свою роль… Например, он не обсуждал со мною ни своих дел, ни своих планов… Но вел разговоры при мне… Когда он принимал посетителей, я почти всегда присутствовала… Не помню случая, чтобы он попросил меня выйти… Иногда он говорил мне, к примеру: «Нужно сменить обивку в „Голубом экспрессе“…» Я брала это на заметку и назавтра днем напоминала ему…

— Как он реагировал на смерть Мазотти?

— Меня тогда не было. Он скорее всего узнал об этом ночью, как и весь Монмартр, ведь такие новости распространяются быстро.

— А на следующий день, когда проснулся?

— Сразу же попросил газеты… Я сходила за ними на угол…

— Обычно он читал газеты?

— Мельком — утреннюю, так же — вечернюю…

— Он играл на скачках?

— Никогда… Ни на скачках, ни в карты, ни в другие азартные игры…

— Он говорил с вами о смерти Мазотти?

— Сказал, что его, вероятно, вызовут в полицию, и попросил меня позвонить метрдотелю «Лотоса» и узнать, может быть, уже приходили оттуда…"

"Мегрэ повернулся к Люка, и тот понял его немой вопрос.

— Там были два инспектора из девятого округа, — сказал он.

— Буле выглядел встревоженным?

— Он боялся дурной молвы…

Теперь настала очередь Антонио вступить в разговор:

— Он всегда очень дорожил своим добрым именем… И мне тоже часто напоминал, что надо блюсти репутацию заведения… «Ведь если мы зарабатываем на жизнь, демонстрируя обнаженных женщин, — говорил он, — это не значит, что мы гангстеры… Я честный коммерсант и хочу, чтобы все это знали…»

— Верно… То же самое слышала от него и я… Не хотите ли выпить, господин комиссар?

И хотя у Мегрэ не было ни малейшего желания пить кьянти в половине двенадцатого утра, он все же пригубил.

— У него были друзья?

Ада посмотрела вокруг, как если бы это определяло ее ответ:

— Он не нуждался в друзьях… Вся его жизнь протекала здесь…

— Он говорил по-итальянски?

— По-итальянски, по-английски, немного по-испански… Он выучил языки, когда работал в Трансатлантической компании, потом в Соединенных Штатах…

— Вспоминал ли он о своей первой жене?

Никакого смущения у Марины, однако ответила сестра:

— Он каждый год ездил на могилу, а портрет ее висит в спальне…

— Еще один вопрос, мадемуазель Ада… Когда он умер, в его кармане обнаружили чековую книжку… Вы в курсе дела?

— Да… Он всегда носил ее с собой, но пользовался довольно редко.