Весь Мегрэ. Том 3

Его собеседница тоже не садилась.

Поражала суровость ее лица и напряженность тела.

Чувствовалась, что она много страдала и словно застыла, замкнулась в себе.

Должно быть, она была бы очень симпатичной, если бы оделась поярче, но она не занималась своей внешностью.

— Вчера мне позвонили две женщины и задали один и тот же вопрос. И обе тут же положили трубку, как будто не хотели, чтобы я узнал, кто они. Полагаю, вторая — ваша дочь…

Она не ответила.

— Она замужем? Имеет детей?

— А вам-то что? Оставьте нас в покое! Если это продолжится, скоро набегут журналисты, фотографы…

— Могу обещать, что не дам им вашего адреса.

Она пожала плечами, словно смирившись.

— Вашего мужа узнали несколько человек. Так что сомнений в личности убитого не осталось. Вы знали, что с ним стало?

— Нет.

— Что он вам сказал, когда уходил двадцать лет назад?

— Ничего.

— Вы не заметили ничего необычного в его поведении в последнее время перед его исчезновением?

Комиссару показалось, что она вздрогнула, но он не был уверен.

— Он был обычным, как всегда.

— Вы с ним хорошо ладили?

— Я была его женой.

— Порой мужья и жены постоянно ругаются и портят друг другу жизнь.

— У нас было не так.

— Бывало, что он уходил по вечерам один?

— Нет. Когда он уходил, я выходила вместе с ним.

— Куда, например, вы ходили?

— В кино. Или гуляли по улицам…

— В дни перед исчезновением он не показался вам озабоченным?

— Нет.

Мегрэ подумалось, что она отвечает односложно потому, что лжет.

— У вас были друзья, которые ходили к вам в гости?

— Нет.

— Родственники?

— Ни у него, ни у меня не было родственников в Париже.

— Где вы познакомились?

— В магазине, где я работала.

У нее была бледная матовая кожа человека, живущего в закрытом помещении, а тело казалось деревянным.

— Это все.

— У вас есть его фотография?

— Нет.

— А я вижу, на камине стоит одна.

На ней Марсель Вивьен был молодой, веселый, улыбающийся.

— Она останется здесь.

— Я ее только пересниму и сразу верну вам.

— Я сказала: нет! Не отнимайте последнего, что у меня осталось…

Она шагнула к двери.

— Можно мне узнать адрес вашей дочери?

— А мой вы где нашли?

— В комиссариате полиции.

Она чуть не сказала ему, чтобы адрес ее дочери он нашел тем же способом, потом вторично пожала плечами:

— Ей было всего восемь, когда он ушел…

— Она замужем, не так ли?

На камине стояла фотография двух детей, на вид шести и четырех лет.

— Да, замужем. Теперь ее фамилия Делаво, Одетт Делаво. Живет в доме двенадцать по улице Маркаде. А теперь я хочу, чтобы вы ушли. После обеда ко мне должна прийти на примерку клиентка, а платье еще не сметано…

— Благодарю вас, — произнес Мегрэ не без иронии.

— Не за что.

У него было к ней еще очень много вопросов, но он чувствовал, что задавать их бесполезно.