Весь Мегрэ. Том 3

— В каком же?"

"— Нужно вам сказать, она была в то утро в пеньюаре, волосы повязаны косынкой, а посреди гостиной стоял пылесос. Я подал ей рекламу компании и, пока она читала, пялился на нее. Она немолода, но такая пышечка, я ей как будто тоже приглянулся. Она заявила, что страхование жизни ее не интересует по той простой причине, что у нее нет наследников и денежки ее пойдут бог знает куда. Тогда я предложил ей полное страхование: определенная сумма, которую получаешь в шестьдесят лет или раньше в случае несчастного случая или увечья.

— Она клюнула?

— Ни да ни нет. Тогда я, как обычно, поставил на кон все. Ничего не могу поделать с собой. Такой уж у меня темперамент. Некоторые обижаются и дают пощечину, но попробовать все равно стоит, даже если и не всегда удается.

— Ну и что, получилось?

— Классно!

— С каких пор вы знакомы с юной особой, что только что была здесь?

— С Ольгой? Со вчерашнего дня.

— Где вы познакомились?

— В кафе самообслуживания. Она работает продавщицей в «Бон Марше». Вы помешали мне распознать, чего она стоит.

— Сколько раз встречались вы с Жозефиной Папе?

— Не считал. То ли десять, то ли двенадцать.

— Она дала вам ключ?

— Нет. Я звонил в дверь.

— Вы приходили к ней в определенный день недели?

— Она сказала, что ее не бывает только по субботам и воскресеньям. Я поинтересовался, не муж ли ее тот высокий седовласый тип, она ответила отрицательно.

— Вы потом еще встречались с ним?

— Два раза.

— А случалось ли вам говорить с ним?

— Я не очень-то ему приглянулся. Он весьма косо на меня поглядывал и, стоило мне появиться, исчезал. Я спросил у нее, кто это. Она ответила: «Не думай о нем. Это несчастный человек. Я подобрала его, как потерявшуюся собачонку». — «Но ты спишь с ним?» — «Приходится. Я стараюсь не причинять ему лишних неприятностей. Бывают минуты, когда у него возникает желание покончить с собой».

Жан Люк Бодар говорил искренне.

— А не встречали ли вы у нее других мужчин?

— Я их просто не видел. У нас был уговор: если у нее кто-то есть, она лишь приоткрывает дверь, я говорю о страховании, и она отвечает, что это ее не интересует.

— Такое случалось?

— Два или три раза.

— В какой день недели?

— Вы слишком многого от меня хотите. Однажды это было в среду.

— А в котором часу?

— В четыре или в половине пятого.

Среда — день Паре. А ведь чиновник утверждал, что никогда не появлялся у Жозе раньше половины шестого — шести.

— Он вас видел?

— Не думаю. Дверь была едва приоткрыта.

Мегрэ внимательно, озабоченно разглядывал его.

— Что вам о ней известно?

— Погодите-ка… О себе она говорила редко. Родилась, кажется, в Дьепе.

Она ему не солгала. Участковый комиссар в связи с предстоящими похоронами пытался узнать, остались ли у нее родственники, и звонил именно в Дьеп.