Весь Мегрэ. Том 3

— Зачем бы понадобилось вашему мужу убивать свою секретаршу? — спросил он, отчеканивая каждый слог.

— А разве для этого нужны причины?

— Обычно без причин не убивают.

— А вы не думаете, что некоторые люди могут просто выдумать причину?

— Ну, какую же в данном случае?

— Например, если она была беременна…

— А у вас есть какие-нибудь основания для такого предположения?

— Никаких.

— Ваш муж — католик?

— Нет.

— Но если допустить, что она была беременна, то разве не могло быть так, что это обрадовало бы мосье Парандона?

— Это только осложнило бы его жизнь…

— Не забывайте, что теперь уже не то время, когда на незамужних матерей показывали пальцами… Годы-то идут, мадам Парандон… Многие теперь уже не стесняются обращаться к гинекологу…

— Я сказала об этом только для примера…

— Поищите другую причину.

— Она могла и шантажировать его.

— Чем? Разве ваш муж обделывает темные делишки? Или вы считаете его способным на махинации, позорящие честь адвоката?

Пришлось ей сдаться:

— Конечно, нет.

Она произнесла это сквозь зубы, потом закурила сигарету.

— Такие девицы в конечном счете стараются женить на себе…

— Ваш супруг заговаривал с вами о разводе?

— До сих пор нет.

— А что бы вы сделали в этом случае?

— Мне пришлось бы покориться и больше не заботиться о муже.

— У вас, кажется, большое личное состояние?

— Гораздо больше, чем у него. Мы живем у меня — этот дом принадлежит мне.

— Следовательно, для шантажа нет никакого повода.

— Может быть, он устал притворяться, что любит?

— Зачем же ему «притворяться»?

— Возраст… Прошлое… Образ жизни… Все это…

— А вы любите искренне?

— Я подарила ему двух детей.

— Подарили? Что же, к свадьбе преподнесли?

— Это — оскорбление?

— И в мыслях не имел, сударыня. Но, видите ли, обычно детей делают вдвоем. Вот, так бы и сказали — у нас с мужем двое детей.

— А к чему весь этот разговор?

— К тому, чтобы вы мне сказали просто и честно: что вы делали сегодня утром?

— Я уже сказала.

— Но не просто и не честно. Вы долго описывали бессонницу, чтобы умолчать об утре.

— Утром я спала.

— Желательно, чтобы это подтвердилось. Возможно, что очень скоро я получу все доказательства. Мои инспектора проверили, кто где находился и кто куда ходил в промежутке с четверти десятого до десяти часов… Мне известно, что в кабинеты можно попасть разными ходами.

— Вы обвиняете меня во лжи?

— Во всяком случае в том, что вы не говорите всю правду.

— Вы считаете мужа невиновным?

— Я не могу считать кого-нибудь виновным или невиновным априори.

— Однако вы меня допрашиваете так, словно…

— В чем упрекала вас дочь, когда я приходил за нею?

— Разве она вам не сказала?

— Я ее об этом не спрашивал.

Мадам Парандон снова усмехнулась.