Медвежья кровь

"

"Не то чтобы кто-то чужой захотел срочно помыться в холодной бане, проходя мимо жилого дома в такой поздний час. Но жизнь жестоко научила меня тому, что случиться может всякое, причем совершенно не спрашивая.

Я крепко держала в руках ружье, вглядываясь в темноту, пока не увидела огромную стройную фигуру, которая неспеша вышла из бани, отчего я протяжно и облегченно выдохнула.

Медведь!

Таких габаритов мог быть только он!

Кажется, он шел вполне себе нормально и даже не шатался от крайнего физического истощения или новых ран, которые наверняка мог получить в поселке, если бы его увидели.

— Ты вернулся!

Я вылетела из дома к нему, в темноте замечая, как губы медведя растянулись в недоуменной улыбке, а черные брови удивленно изогнулись, когда он хмыкнул в ответ:

— Если бы знал, что ты будешь так меня ждать, то ушел бы гораздо раньше.

А я покраснела в ответ, понимая, что поздно пытаться скрыть свои эмоции, потому что он их все равно уже сполна ощутил.

— Ты в порядке?

— Теперь да.

Моя несдержанность и чрезмерная откровенность явно подняли ему настроение, потому что теперь глаза медведя сияли лукаво и загадочно, пока я быстро осматривала его, пытаясь отыскать новые раны.

Но кажется, все на самом деле было в порядке.

— Это были они? Те люди, которые издевались над тобой?

— Нет, — отозвался медведь, зашагав в дом, а я вслед за ним, теперь чувствуя себя гораздо легче, оттого что он вернулся.

Только закрыла дверь на замок. На всякий случай.

— Боишься, что я сбегу ночью? — хохотнул на это медведь, первым делом прошагав на кухню, где принялся вынюхивать, что было приготовлено.

— Боюсь, что кто-нибудь придет вслед за тобой! — парировала я, демонстративно поставив ружье так, чтобы оно всегда было в зоне досягаемости, но сама не в силах отвести глаз от лица медведя, на котором вдруг снова расцвела его клыкастая улыбка.

В последнее время он улыбался довольно часто.

И мне казалось, что делал это от души.

Но странным было совсем другое — меня не пугали больше его звериные клыки и эти необычные глаза, цвет которых по-прежнему поражал, сколько бы я их ни видела.

— Даже не знаю, мне оскорбиться или от души посмеяться, — чуть дернул бровью медведь, безошибочно отыскав жареную картошку, и едва не нырнул в нее всей пятерней, если бы я в последний момент не всунула ему в ручищу вилку.

Он поморщился, но все-таки стал кушать почти по-человечески.

Как очень голодный мужчина — стоя над сковородкой, даже не думая про тарелку и стол.

Варвар.

Самый настоящий.

— Вот твой чай, — я поставила рядом с ним большую кружку с любимым чаем медведя, про себя отмечая, что, кажется, прогулка до поселка пошла ему на пользу. По крайней мере, теперь он кушал то, что было, особо не возмущаясь.