Медвежья кровь

Его слова походили скорее на фантастику, и в первую секунду мне хотелось только нервно рассмеяться в ответ медведю.

Но я доверяла его нюху.

Тому, как он ощущал мир в целом, даже лишенный зрения. А потому прислушивалась к себе…к тому, что кружило внутри устало и раздавленно, распахнув наконец двери этого склепа.

— Я научу тебя быть хищником.

— И нападать с топором? — я попыталась улыбнуться ему, но губы все еще дрожали и теперь заныли от мелких ранок, из которых сочилась кровь.

— Да.

— Звучит заманчиво. Только сначала тебе придется вымыться. Самому.

Медведь кивнул в ответ и не пытался меня остановить, когда я с трудом поднялась на нетвердые ноги и вышла из бани.

Снова опускались сумерки.

Лес становился темным и мрачным, буквально окутывая дом пеленой промозглости и теней, но теперь я не отводила глаз, стремясь скорее забежать в дом и закрыть все окна и двери.

Я смотрела во тьму, размышляя над словами медведя.

Быть хищником.

Стать частью этой тьмы, чтобы принять ее и познать.

Впервые за долгие мучительные годы я шла до порога размеренно, не пытаясь оглянуться.

Не вжимая голову в плечи и не дрожа всем телом.

Только дело было не во мне.

Не в том, что я в один миг стала такой смелой и отважной.

Дело было в том, что медведь был рядом.

Рядом с ним ни этот лес, ни люди в поселке не казались опасными и страшными.

А мне предстояла еще долгая мучительная дорога, чтобы отыскать прежнюю себя. И вернуть ее. Но теперь я стояла на верном пути.

Благодаря ему.

Я убрала на кухне и уложила Эдю спать, когда медведь вернулся из бани и тут же заводил носом, потому что возле лежанки его кое-что ждало.

— Это что за тряпки?

Он нахмурился и выглядел явно не слишком-то довольным, а мне почему-то захотелось улыбнуться, глядя на него.

Такой большой и мощный, сейчас он больше походил на недовольного мальчишку, который надулся, потому что у него отобрали игрушку.

Вернее, дали, но совсем не ту, на которую он мог бы рассчитывать.

— Это штаны. Самые большие и широкие, какие смогла найти в вещах папы. Они будут коротковаты, но в остальном, думаю, подойдут.

Его черные брови взлетели вверх, а взгляд стал весьма скептическим, когда медведь хмуро усмехнулся:

— Ты когда-нибудь видела зверей в одежде?

— Нет. Но и ты расхаживаешь человеком. Две руки, две ноги…

— …И посередине «хвостик», который очень смущает и заставляет постоянно обращать на себя внимание?

Я хоть и покраснела, но кивнула в ответ:

— Да.

Думаю, такой откровенности медведь не ожидал, потому что хмыкнул, а потом протяжно выдохнул, словно принимая собственное поражение, и наконец кивнул.

— Ладно, давай эти шмотки.