Король медвежатников

Создавалось впечатление, что в Российской империи они занимались правонарушениями лишь затем, чтобы уехать в Париж, где вдали от царской охранки и батенькиной опеки можно спокойно наслаждаться сытной кухней и таскаться по изысканным борделям.

Как правило, молодые, задорные и жизнерадостные, они устраивали в ресторанах такие представления, от которых становилось весело даже официантам, привыкшим за время работы к диковинным выходкам посетителей. Самая невинная шутка революционеров состояла в том, что графин с водкой, под громкие хлопки и одобрительные выкрики, выливался за шиворот малопьющему товарищу.

Жили они весело и, в общем-то, интересно. Некая маленькая колония в центре Парижа со своим бытом и нормами поведения. И, глядя на этих, подчас очень милых и приятных людей, трудно было поверить, что они, рискуя жизнью, подкладывали бомбы под кареты великих князей и столичных градоначальников. В обществе молодых людей всегда вертелось несколько девушек весьма недурной наружности. С мужчинами они вели себя необыкновенно раскованно, легко впитав в себя атмосферу такого свободного города, каким был Париж. Девушки не обременяли себя светскими условностями, их частенько можно было встретить в обществе разных мужчин. Чернопятов не удивился бы, если б услышал о том, что революционеры, поправ мораль, проживают в повальном грехе.

А собственно, какое ему до всего этого дело!

Среди революционеров выделялся молодой эсер с благородной осанкой и чертами лица настоящего аристократа. Несмотря на молодость, он отпустил густую бороду и усы. Звали его Вольдемаром. Спокойный, надменный взгляд. Возможно, на женщин он и производил впечатление, но у мужчин вызывал невольный и понятный протест. Поговаривали, что он отпрыск одного из московских князей. Возможно, что слух имел под собой основания.

Именно Вольдемар и возглавлял группу революционеров. Георгий успел заметить, что молодые люди постоянно нуждаются в деньгах. Что, в общем-то, неудивительно при такой жизни, — развлечения всегда требуют немалых средств. Присмотревшись повнимательнее к образу жизни Вольдемара, Чернопятов сделал для себя невероятное открытие: молодой эсер немногим отличался от медвежатников: он не только разрабатывал операции по захвату наличности в банках, но и частенько лично участвовал в подобных экспроприациях рядовым боевиком. Конечно, некоторая часть средств шла на распространение партийной литературы, но подавляющая доля оседала в бездонных карманах Вольдемара, который, не проявляя особой фантазии, умудрялся спускать деньги с приятелями в многочисленных ресторанах Парижа. Судя по тому, как он одаривал многочисленных пассий огромными букетами роз, в деньгах он не нуждался.