Король медвежатников

Чернопятов едва не взвыл от наслаждения, представив, как будет потягиваться Дуняша на хрустящих от крахмала простынях.

Его рука опустилась еще ниже и осторожно легла на ее круглое колено.

Барышня, слегка откинув голову, пыхнула в люстру дымком и остановила строгий взгляд на ладони Чернопятова. Георгий смущенно улыбнулся. Конечно, пока еще не время, нужно обождать самую малость. А уж когда барышня отведает шампанского, тогда можно будет сполна насладиться ее телом. Георгий, закрыв глаза, представил ее ноги, белые и стройные, как стволы берез.

Есть на что посмотреть. Эх, такую красоту и скрывать под длиннющим платьем!

— Простите, — чуть смешался под ее строгим взглядом Чернопятов.

С барышней все ясно, пока она предпочитает не смешивать личных отношений с делами. Дуняша даже не улыбнулась, что было хуже всего.

— Давайте поговорим с вами о деле.

— С такой очаровательной девушкой приятно говорить о чем угодно, — нашелся Чернопятов.

— Картина при вас? — стряхнула Дуня пепел на край тарелки.

Чернопятов нахмурился.

— Мы так не договаривались. Речь шла исключительно о камнях. А потом, откуда вы знаете о картине? — не сумел он скрыть удивления.

Наконец ему удалось выжать из нее улыбку. Пускай небольшая, но все-таки это была победа.

— У нас имеются свои источники. Я вам даже скажу, что картин было две.

Чернопятов похолодел, такого поворота он не ожидал. Умна. Опасна. Коварна. Стерва, одним словом! А кто говорил, что все красивые женщины в подавляющем большинстве бестолковы? Это надо же — придумать такую сказку!

— Я ничего не знаю о еще одной картине, — сказал Чернопятов, собираясь с мыслями.

Дуняша продолжала наступать.

— Нас интересует вторая картина. Может, вы ее хотите продать? — Слегка пожав плечами, она добавила: — У вас ничего не выйдет. Ее у вас никто не купит. Единственный вариант, так это перевезти ее за океан. И продать в Америке какому-нибудь толстосуму в частную коллекцию за хорошие деньги. Но для этого нужно знать рынок и людей, занимающихся этими вопросами. У вас же нет связей.

— Вы хотите мне посодействовать? — с некоторой надеждой спросил Чернопятов.

Возникла недолгая пауза. Вести разговор с барышней было не просто. Умеет создавать напряжение милая стервочка!

— Я не занимаюсь такими вещами, — необыкновенно холодно произнесла Дуняша. — Но я могу найти людей, которым она очень нужна.

Барышня потеряла интерес к сигарете, но тушить ее не стала — положила на краешек стеклянной пепельницы. Упираться было бессмысленно. Барышня знала много, но вот вопрос — откуда?

— Я еще не решил. Пускай пока полежит.

— Так картина не у вас?

В глазах девушки Чернопятов увидел разочарование.

— Разумеется, нет, — хмыкнул он.