Медведица

 – Во-первых, это не будет прямой эфир, и, если что, потом все можно будет подкорректировать. А во-вторых, мы с Рамилем собрали тех журналистов, которые передадут ваши слова так, как нужно нам.

Диляра была женщиной деловой и занималась всеми пиар-кампаниями мужа, а потому именно она, как я вскоре узнала, была идейной вдохновительницей данной пресс-конференции. Благодаря ей я воочию увидела, что такое «прикормленные» акулы пера и как легко ложь превратить в правду. Диляра, однако, была уверена, что ни о какой лжи не может быть и речи.

– Мы просто чуть улучшаем правду, – улыбнулась она краешками тонких губ. – Просто представьте, что вы и правда встретили в Москве Рамиля, рассказали ему о том, что Королев вас чуть не убил и он согласился прийти вам на помощь. Представьте, что вы все это время жили здесь, чему я свидетельница, как и наш сын Карим, что не было Сибири и всего остального.

Представить последнее было сложно, потому что это значило бы сделать вид, что и Степана нет. А я так по нему скучала. Мы созванивались по видеосвязи, но этого было мало, мне не хватало его тепла, его объятий, его умиротворяющих глаз.

Когда через четыре дня в кабинете собрались с десяток журналистов, мое волнение достигло той точки, когда ты перестаешь вообще что-то чувствовать. Мне казалось, что я не смогу выдавить из себя ни слова.

Однако камеры включились, в помещении повисла тишина, и Василий Сергеевич шепнул мне:

– Можете начинать, Тая.

Я открыла рот, и слова полились сами собой:

– Здравствуйте. Меня зовут Таисия Королева. И я жена бизнесмена Дениса Королева, которую несколько месяцев назад он объявил мертвой…"

"Сначала на меня обрушилось молчание, а потом со всех сторон раздались шокированные возгласы и резкими вспышками посыпались десятки вопросов. Я поняла, что Рамиль не предупредил журналистов, о чем пойдет речь на данной пресс-конференции, лишь сказал, что их ожидает сенсация.

Присутствовавшая здесь Диляра потребовала тишины, чтобы я смогла продолжить. И я продолжила, сначала робко, потом все более и более уверенно, а под конец – зло. Ложь становится правдой, когда лгущий сам начинает в нее верить. Моя ложь была ложью лишь отчасти, а потому мне поверили все.

На следующий день после моего признания Москва взорвалась сенсацией. Жернова, которыми Рамиль решил перемолоть Дениса, завертелись. Без скрежета.

Первый шаг оказался самым трудным, сродни тому, когда ты стоишь на краю проруби в Крещение, мерзнешь и не решаешься прыгнуть. Но стоит совершить этот прыжок, окунуться в ледяную воду с головой, и становится жарко.

Как и предрекал Рамиль, обвинить Дениса в жестоком обращении, побоях и даже убийстве охранника Сергея не представлялось возможным, потому что доказать это я не могла.