Рябиновый мед. Августина

И все же однажды не выдержала, сказала Зорину, что хочет вымыться и чтобы никто за ней не ходил. Тот пообещал, что никто ей не помешает, и она в одиночестве спустилась к ручью. Стоял спокойный летний вечер. Солнце уже катилось к закату, лучи его продирались сквозь нижние ветки деревьев и ложились наискосок. У ручья росли осины, трепетали своими круглыми листьями. Кусты красной смородины были усыпаны ягодами. Ася набрала ягод в лопух, положила под куст ни берегу, затем разделась и осторожно вступила в холодную воду. Поначалу вода показалась ледяной, но затем ноги притерпелись. Наклонилась и стала мыться. Вскоре вода уже казалась теплой. Она подумала о том, что сейчас с удовольствием переоденется в чистое — по приказу Зорина ей доставили из деревни личные вещи. Но прежде чем успела одеться, почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Резко обернулась — на склоне за осинами стоял ее охранник и во все глаза пялился на нее.

Прежде чем она успела что-то сказать, мужик начал спускаться и приговаривать:

— Тихо, тихо, не шуми…

Не дойдя до ручья, он отбросил в сторону ружье и резким движением содрал с себя рубаху.

— Немедленно уйдите! — сказала Ася, срывая с куста свое платье и отходя в глубь ручья, ближе к противоположному берегу.

— Да чего хоть? — пялясь на нее горящими глазами, приговаривал бородатый. — Молчи уж… Чичас я мигом…

Он, поминутно оглядываясь, вернулся за ружьем и пошел прямо в сапогах через ручей, приговаривая свое «чичас».

— Мама! — громко крикнула Ася, прижимая к себе платье Мужик засмеялся, покачал головой.

— Не ори, — посоветовал он, — а то у меня вона чего. Он потряс ружьем.

Ася выскочила на берег, мужику мешали сапоги. Загребая воду и хлюпая, он шел прямо на нее. Позади нее был крутой, уходящий почти вертикально вверх склон с выступающими корнями, Ася кое-как натянула платье и, цепляясь за корни руками, стала карабкаться наверх. Охранник догнал, уцепился за подол, дернул на себя. Ноги потеряли опору, песок осыпался, Ася поползла вниз.

— Помогите! — крикнула она и тотчас оказалась в сильных цепких лапах мужика. Ее обдало запахом пота, лука, махорки. Отбросив ружье, мужик торопливо одной рукой выдергивал ремень из штанов, другой держал Асю за волосы. Она завизжала, извернулась и укусила его за запястье. Мужик чертыхнулся, выдернул ремень и хлестнул Асю по голым рукам. Она охнула, присела и в тот же миг услышала:

— Отойди от нее, Игнат.

Мужик, не поворачиваясь, схватил свободной рукой ружье и глухо ответил:

— Уйди, ваше благородие, от греха.

— Оставь ее, — спокойно повторил Зорин. Но Ася видела выражение лица Игната — его раздувающиеся ноздри, его налитые кровью глаза — и сильно сомневалась, что он послушает начальника.