The Мечты. Бес и ребро

Младшая из их замечательного семейства выглядела бодрой и вполне здоровой, только, кажется, несколько похудела, что, возможно, и правда только кажется. Узкие темные джинсы обтянули ее бесконечные ноги, черная майка – ребра, ключицы воинственно торчали вперед, а на лице остались одни глаза, огромные и глубокие, как у щенка лабрадора. Такие же были у Томки.

А еще Юлька улыбалась совершенно солнечно, и эта ее улыбка определенно скрадывала худобу.

- Че? Телефон сел? – продолжала весело болтать она, отстранившись: - Ну главное, я позвонить успела. Самый важный человек в твоей жизни уже здесь, а Жеку потом наберешь, из поезда.

- Ну да, - озадаченно кивнул отец, мысленно напоровшись на препятствие в виде Юльки. Начать звонить при ней Стеше – подвергнуться пристрастному допросу, против которого отдыхает любой самый допытливый следак. И что, по большому счету, он сможет ей ответить?

Да и в реакции дочери Малич, как ни крути, уверен не был. Женя – та если и не поймет, что вряд ли, то не станет выворачивать его мехом внутрь. В отличие от младшей. Эта спуску не даст. И каким цветом окрасит полученную информацию – еще большой вопрос.

Андрей никогда не озадачивался тем, что именно вкладывает Юлька в тот факт, что давно списала отца с матримониальной дистанции. Только ли потому, что считает его старым, или… Как она может воспринять женщину, которая окажется рядом с ним? Какое значение при таком раскладе имеет то, что она и мать-то не помнит.

И где среди всего этого – Стефания. И ее банкир, между прочим!

Заставив себя вернуться к реальности, Андрей Никитич усмехнулся и спросил:

- И где еще один сюрприз?

- Через дорогу, - весело ответила Юлька. – Припаркован почти перед носом – не пропустишь.

И в довершение ребенок махнул рукой в сторону парковочного места у обочины дороги напротив здания аэропорта, на котором красовалась свежевыкрашенная в стальной цвет видавшая виды Таврия, вероятно, старше самой Юльки по возрасту.

- А поновее ничего не нашлось? – присвистнул папа. – Или это дело принципа?

- Да мне и за эту еще долг отдавать! – радостно сообщила дочь. – Классная, правда?

- Ясно, - усмехнулся Андрей Никитич, - значит, дело принципа. Ну ладно. Но если что – скажи, денег подкину.

- Ты же прекрасно знаешь, что больше месячного денежного довольствия не возьму! – отрезала мелкая.

- Ну-ну, - многозначительно выдал отец.

Впрочем, примерно представляя себе Юлькин упертый характер, он вряд ли мог усомниться в серьезности ее намерений. Однако, если аргументированно обосновать целесообразность увеличения ежемесячной суммы, падающей на карту дочери, – ну там инфляцией, изменением прожиточного минимума и стоимостью потребительской корзины, которая день ото дня не дешевеет – то шансы подбросить ей побольше у него таки имелись.