Меч Томаса

Олег отозвался многозначительно, прижимаясь все сильнее грудью к спине твари:

– Что такое «долго» на полотне мироздания? Для нас вечность, а для мира миг, который даже не заметит.

– Я не про мироздание, – отозвалась Люсиль. – Я про болото. Долго по нему нам еще?

– Ах, это, – разочарованно выдохнул Олег. – Откуда ж я знаю? Это у змеи нашей болотницы надо спрашивать. У нее око зоркое.

– Не буду я ничего у змей спрашивать, – отрезала Люсиль и пискнула, когда Веточка подпрыгнула на очередной кочке и ударила ездоков о деревянный хребет. – Я с нечистью разговоров не веду.

Позади донеслось шипение с обидой и негодованием:

– Сама ты нечисть. Я, между прочим, очень даже чисть. Чистая, умытая и расчесанная. Не то что некоторые.

Люсиль охнула и замолкла. В этот же момент Веточка ворвалась в заросли камышей, что-то плюхнулось, запахло гнилой рыбой и тут же со всех сторон с диким визгом и хохотом на них выскочили зеленые тела. Все, как одно, голые, женские и блестящие от воды. Прямо на ходу Олегу в обе ноги вцепились две девки. Кожа и волосы, как весенняя трава, зеленые, яркие, глаза большие, груди высокие и колыхаются от скачки, но во ртах сверкают ряды заостренных зубов, а вместо спин пустые ребра и шипастые позвоночники.

Болото наполнилось злорадным визгом, диким улюлюканьем и плеском, две девки стали карабкаться по ногам Олега, стремясь дотянуться выше. Он брыкнулся и наотмашь хлестанул в стороны, но девки словно не чувствуют боли.

За спиной закричала Люсиль, громко выругался Савмак.

– Что за твари! – проорал он и ударил, громко хрустнули чужие кости. – Вроде девки и не девки разом!

– Мавки! – выкрикнул Олег, продолжая отбиваться от плотоядных утопленниц. – Не дай им стащить тебя в воду!

Ратник выпалил в расстройстве и жгучей досаде:

– Да чего им надо-то? Мы ж тут по-людски! А они вон! Срам какой!

Мавки хохотали и визжали, силясь забраться на Олега, стащить Савмака. Люсиль их интересовала мало, поэтому они ее только щипали и кусали за незащищенные ноги. Одна очень настырная сумела взобраться до пояса Олега и ухватилась за бедро, глаза сверкнули дико, улыбка безумная, а зубы блестят недобро.

– Путник, ну куда же ты, – прогнусавила высоким голосом мавка.

Вторая все еще висит у него на сапоге и скалится.

– Оставайся с нами. Тебе понравится у нас, – таким же гадким, как и первая, голосом произнесла она.

Первая мавка дико захохотала и вцепилась мелкими, но острыми зубами Олегу в колено, он скривился и, ухватив мавку за космы, отшвырнул в воду.