Меч Томаса

Ваши переодевания нарядов из одной религии в другую ни к чему не приведут.

– Так а что ж делать-то?

– Быть полезным, – уверенно произнес волхв. – И двигаться не супротив человека, а вместе с ним. Открыть ему свои закрома, перестать быть таинственной силой, а стать силой, которую можно познать. Видишь?

Олег кивнул на дирижабль, древнее божество проследило за его взглядом и сказало:

– Ну. Вижу. И что с того?

– Не лукавь, – произнес волхв, – что не показываешь отдельным людям втайне от своих собратьев секреты воздушной мощи. Этот дирижабль лишь малое, что может получиться из союза богов и людей.

На лице Стрибога отпечаталась глубокая озадаченность, между бровей пролегла вертикальная морщина до самой переносицы, веки набрякли. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, откуда у людей знания для строительства подобных аппаратов. Другие боги тоже втихую делятся с людьми и открывают им свои души, потому как все подспудно чувствуют – прошло время слепого следования канонам.

– Ты ведь предлагаешь нам перестать быть богами, – тихо и мрачно проговорил Стрибог. – Снять наряды нынешних религий, что соединяют нас с людьми.

Олег заметил:

– Сам сказал, что религиозные деятели с вами больше не говорят и не слышат вас.

– Все так, все так…

– Я предлагаю вам стать больше, чем религия.

– Что может быть больше религии?

– Знания, – твердо ответил волхв.

Повисла тишина, в молчании зазвенел воздух, снова запахло озоном – неумолимым предвестником непогоды. Древний бог поднял на Олега тяжелый взгляд и спросил:

– А если не получится?

– Если не получится, – ответил волхв многозначительно, – уже будет неважно.

Божество вздохнуло обеспокоенно.

– Опасно.

– Сам боюсь, – согласился Олег. – Но только так. Иначе тупик.

Стрибог снова замолчал. В этот раз уже не пытаясь угрожающе глядеть на Олега, даже запах озона постепенно исчез и теперь просто холодно. Древний бог облокотился на борт и устремил задумчивый взгляд в бескрайнюю даль небес. Это все его угодья, его облака и синева. Отдать знания об этой воздушной империи – значит утерять власть над людским миром.

– И ты обещаешь, что если мы откроемся людям, то не вымрем? – уточнил с нескрываемым опасением древний бог.

– Не вымрете, – согласился волхв. – Но изменитесь. Прежними уже не будете, хотя часть нас всегда хранит толику былого.

– Но мы утеряем господство, – заметило божество.

– Господства у вас уже нет, – сообщил Олег миролюбиво. – И сила не в господстве, а в сотрудничестве.

Древний бог помолчал и сказал с неоднозначным одобрением:

– Ты всегда был мудр. Хоть и мудрость твоя не всегда понятна даже богам.

– Жизнь такая, – со вздохом отозвался Олег и развел руками.

– Ладно, – проговорил Стрибог, – поверю тебе.