Меч Томаса

На лице Люсиль мелькнули озадаченность и растерянность, мгновение она медлила, потом сказала уверенно:

– Все равно человек имеет право выбирать, как ему жить, а не быть рабом тех, кто решил, что он лучше других. Когда я узнала о планах ордена, то поняла, что не смогу сидеть сложа руки, пока он пытается захватить власть в мире. И становиться членом такого культа я не собираюсь.

Савмак приложил ладонь к груди и сказал с жаром:

– Молодец! Я б с таким в одном поле не сел бы.

В подтверждение слов он кивнул так резко, что хрустнули шейные позвонки.

– Порыв твой чист и понятен, – заметил Олег. – Но гоняются они за тобой зачем?

– Когда заявила, что не стану проходить посвящение в орден, – ответила Люсиль, – меня объявили еретичкой, отступницей и приговорили к ритуальному жертвоприношению на костре. Я сбежала и отправилась на поиски Меча. Вот и вся история.

Олег кивнул. Люсиль хоть и взбалмошная, но с добрым и чистым сердцем, порыв ее сделать всем людям благо ему понятен, хотя ее способ детский и бесхитростный. Человечество пока на том этапе жизни, когда ему действительно нужен пастор. Но не такой, как пророчат религии или орден фанатиков. Нужно понимание и сознательность, а для этого слепой веры мало.

– Что ж, – протянул он задумчиво, – Меч надо отыскать до того, как этот орден получит безраздельную власть."

"Первая часть путешествия шла мирно и спокойно, дирижабль спокойно плыл по воздуху, Савмак нервно постукивал пальцами по колену, с бледнеющим лицом выглядывая за край люльки. Ему висеть в воздухе не нравится – лоб блестит от пота, желваки время от времени напрягаются, а рука то и дело хватает ножны, словно оружие поможет ему, если воздушный корабль вдруг сорвется вниз. Сперва под дирижаблем медленно двигались зеленые ковры деревьев, иногда перемежаясь полями и лугами, затем суша кончилась, сменившись бесконечным темно-синим полотном моря. Люсиль сидит смирная, задумчивая и кутается в балахон послушника – на высоте ветер холодный и пронизывает насквозь.

Курс Олег взял верный, по солнцу ориентироваться он научился еще давно, но обеспокоили его тучи, что появились на западе. Они пока ползут далеко и неспешно с запада, но в небе расстояния отмахиваются быстрее. Что-то гоняется за ними непогода.

Он кивнул на тучи и сказал:

– Попадем в грозу – будет невесело.

Савмак оглянулся, бледное от напряжения лицо помрачнело еще больше, он сказал:

– С запада. Оттуда редко что хорошее приходит.

Тучи пока неблизко, но уже вздуваются необъятными клубами, превращаясь в замысловатые фигуры. Прежде их считали промыслом богов, проявлением их воли и мощи.