Мажорный поцелуй

Кое-как затушив недокуренную сигарету, парень метнулся во двор. Время было обеденное, но у дома было пусто и тихо. Удивленный и обрадованный, Хлыщ оглянулся по сторонам — действительно, никого — ни детей в песочнице, ни старух на лавочке. Даже вездесущего дворника — и того не видать. Парень подошел к машине — капот и крыло были сильно помяты. Присмотрелся поближе — на капоте были видны следы засохшей крови. Достав из багажника ветошь и шампунь для мойки машин, Хлыщ оттер капот до блеска, озираясь на каждый звук и трясясь от страха. Он понимал, что толку от этого нет никакого. Если машину найдут менты — сколько ни затирай следы, отвертеться не получится. Единственная надежда была на отца. Раньше он уже не раз вытаскивал сынка из неприятных ситуаций. Но по сравнению с этим то были цветочки. Убийство человека в состоянии опьянения — дело серьезное. Даже если девушка не умерла, но останется калекой на всю жизнь — тоже большая проблема. Хлыщ страшно боялся отца. Тот, хоть и отмазывал сына, но относился к нему строго и на каждый его очередной проступок бурно реагировал. Мог даже ударить в порыве гнева или, что еще хуже, оставить без денег на карманные расходы. А они составляли примерно среднегодовой доход учителя, чем молодой мажор любил прихвастнуть в среде себе подобных. Он поднялся к себе, вынес брезент и накрыл машину. Потом снова вернулся в квартиру и набрал номер телефона отца.

* * *Оставив место аварии на несколько минут позже, чем «Скорая», Маркел помчался к больнице и попытался пробиться внутрь. Но въезд для карет «Скорой» уже был закрыт шлагбаумом, и он погнал машину к центральному входу. На отчаянный стук в дверь с той стороны стеклянной двери выплыла заспанная медсестра и знаками показала на часы приема. Мольбы и размахивание денежными знаками успеха не принесли. Женщина подошла к самой двери и громко прошипела, что если он не уберется, то ей придется вызвать полицию. На просьбы Маркела хотя бы узнать, что случилось с его девушкой, она попала в аварию — женщина ответила, что здоровых людей тут нет. А больница открыта для посетителей с 8 утра. Маркел сердито ударил кулаком о железный наличник и поехал домой. Несмотря на теплую погоду, его бил озноб. Он был сильным и закаленным во многих стычках солдатом улиц, и звание вожака банды получил не по наследству, а завоевал благодаря стальным нервам, холодной голове и железным кулакам. Но Яна была единственным слабым местом в его броне. Яна, Яна… Дома Маркел открыл холодильник, достал бутылку водки и залпом опрокинул в себя стакан обжигающего напитка. Потом еще один. Легче не стало, но мерзкая липкая дрожь спустя некоторое время сменилась теплом. Он достал мобильник и начал обзванивать пацанов.