Жестокая любовь мажора (СИ)

Очень тебя прошу.

Я так близко, что чувствую, как дергается кадык на его татуированной шее.

Багиров — сплошной камень.

И я даже не уверена, что он услышал мой шепот, но мог почувствовать его. Потому что мои губы едва уловимо касаются его горячей кожи.

Через секунду рука, держащая Рому, опускается, и по чертыханию Корнеева я понимаю, что он отступает, матерясь и бросая угрозы в сторону Багирова.

Но все это становится просто белым шумом.

Багиров неподвижен, а я осторожно отстраняюсь от его шеи, опускаю взгляд на свои побелевшие костяшки на его ходящей ходуном груди и выпускаю из кулаков смятую футболку, только сейчас ощущая, как онемели мои пальцы.

Прерывисто выдыхаю и провожу вспотевшими ладонями себе по бедрам.

Поднимаю взгляд на Илая и встречаюсь с пугающей темнотой.

Его зрачок поглотил весь цвет его глаз.

Он снова тяжело сглатывает, кивает будто сам себе и отворачивается, принимаясь растирать лицо ладонями.

— Тебе не сойдет это с рук, мудак! — Рома напоминает о своем существовании, и я бросаю на него гневный взгляд.

За два шага сокращаю расстояние между нами.

— Чего ты добиваешься? Прекрати!

Рома выпучивает глаза.

— Ты защищаешь его? После всего? Алиса, ты совсем ебнулась?

Я сжимаю челюсти, мечтая врезать Роме отрезвляющую пощечину.

— Я никого не защищаю, — цежу я. — Просто оставьте меня в покое! Оба!

Сигнал клаксона приводит меня в чувство и я, оглянувшись по сторонам, замечаю мужчину, выглядывающего из белой машины.

— Молодежь, такси заказывали? Уже платное ожидание пошло!

Я нервно облизываю губы и отхожу от Ромы.

Багиров стоит спиной к нам, с запрокинутыми за голову руками.

— Езжайте по домам. Оба. И прекратите заниматься ерундой!

Я хочу еще много чего наговорить, потому что довели, блин, но, прикусив язык, разворачиваюсь и пускаюсь прочь.

Надо уехать. Это сумасшествие какое-то. Еще и ударил его. Господи, ну надо же быть таким идиотом! Рома ведь может поехать к матери и снять побои! А мне для полного счастья не хватало только винить себя за случившееся.

Вот только в чем я виновата? Роме я все сказала уже давно! Багирову тоже! Почему, господи, почему-у-у?!

Я торопливо распахиваю дверцу машины и забираюсь в салон, но закрыть дверь не выходит…

Резко выдыхаю и натыкаюсь взглядом на татуированную руку, а потом Багиров, наклонившись, заглядывает внутрь, и я не сразу замечаю пакет с вещами, про который совсем забыла.

Забираю его, но Багиров накрывает ладонью мои пальцы.

Вскидываю взгляд. Пульс застревает в горле.

— Прости. Не хотел, чтобы все так вышло.

Тяжело дышу.

— Все нормально, — мои губы взволнованно дергаются.