Мажарин

Ладно, она что-нибудь придумает. Соврет, что в аварию попала и спину стеклом посекло."

"Сначала боялась, что Мажарин вздумает к ней заявиться. Теперь хотела, чтобы быстрее пришел. В том, что он придет, не сомневалась. Уже чувствовала его, как раньше. Не давала ни телефона, ни адреса, но точно знала, что придет.

Найдет. Это же Мажарин. Если ему что-то надо, он из-под земли достанет.

Молча. Достанет, и все. Хоть из-под земли.

Уселась на диван, нервно глянула на сотовый, проверяя, который час, хотя пять минут назад только смотрела. Тут же звонок в дверь заставил подскочить, и она побежала в прихожую открывать. Не пошла, а побежала. Словно боялась, что Сережа не дождется и уйдет. Передумает.

Не тянуть, не откладывать. Не агонизировать убийственным ожиданием. Он собирается ее помучить, так пусть начинает поскорее. Пусть ему скорее станет легче…

Распахнула, не успев отдышаться. Он, будто не ожидая, что так быстро откроют, застыл на пороге и тяжело выдохнул. Не спешил проходить. Молча стоял. Не здоровался, ничего не спрашивал.

Маринка толкнула дверь, открывая шире, и отступила.

— Мажарин, я тебя уже два часа жду.

— А я разве говорил, что приду? Что сегодня?

— Нет, не говорил. Но пришел же.

— Пришел, — повторил эхом.

Снова тяжело выпустил воздух из легких и шагнул в квартиру. Медленно. И остановился, словно еще не верил, что все-таки оказался здесь. Не глядя, повесил ключи от машины в лючницу, и уже когда надел их на крючок, посмотрел на руку, охваченный странным ощущением.

Марина протиснулась к двери, чтобы захлопнуть, встала совсем близко, задевая его плечом, и ощущение это, нераспознанное, развеялось.

Растворилось в запахе духов.

Взял ее за талию и сдвинул в сторону, ставя перед собой. Посмотрел на нее сверху вниз. Опустил взгляд с лица на шею, грудь, ниже, на живот.

Рубашка на ней полупрозрачная, отчетливо говорящая, что под ней Маринка голая. Даже без белья.

Задышал часто.

— Ждала. Вижу. Уже умеешь себя предлагать?

— Умею.

Ей тоже стало недоставать воздуха. И сил. Не знала, чем это все закончится.

Господи, и забыла, какой он высокий, сильный, но помнила, как уютно и спокойно было в его руках. Тогда. Сейчас он для нее самый опасный человек.

Провел пальцами от подбородка вниз по шее. По ложбинке между грудей, чувствуя, как кожа буквально электризуется от этих неплотных касаний.

И сам от ее тепла завибрировал.

Но, помимо тепла, другое еще почувствовал. Страх. Она боялась. Хотела и боялась, как в их первый раз. Кричала внутри тревогой, какой не должна. Он все это чувствовал. Он ее до сих пор, как и тогда, чувствовал.

Ни одну бабу после нее не помнил, ее помнил. Всю. До кончиков волос. Все помнил. Потому что жил с ней. Спал. Не просто пожить рядом пустил.

В себя впустил. А она потом разорвала…

Но так внутри и осталась.