Мажарин

Очень много она узнала о Мажарине за короткое время. Больше, чем о некоторых и за годы общения. Они же жили вместе. Каждую минуту проводили вместе. Разговаривали, делились чем-то. Обсуждали что-то. Все подряд.

Обычно и буднично, без давления друг другу на мозги. Она тоже делилась с ним своими мыслями. Чем могла… Хотя совсем от этого отвыкла.

Ее мысли и переживания давно уже никого не интересовали. Но то, что ему можно услышать, он услышал.

Заснули быстро. Без разговоров и перешептываний. Уставшие, пресыщенные, утомленные.

Проснулась Марина от поглаживаний по спине. По уверенности прикосновений, поняла, что Чережа не спит.

Интересно, сколько они проспали? Недолго, видимо. Потому что даже лежали в том положении, в каком заснули: на боку, лицом друг к другу.

Маринка, чуть выше на подушке, обняв Мажарина за плечи и прижав к себе его голову.

— Мажарин, ты когда-нибудь будешь нормально спать? — проговорила тихо, с хрипотцой после сна.

Сергей поцеловал ее в ложбинку между грудей.

— Никогда. Я уже выспался.

— А который час?

— Часа четыре.

— А-а, ну тогда понятно. Твое время. Был бы дома, побежал к ноуту сводки свои смотреть.

— Это у Витьки сводки, а у меня статистика. И я, кстати, ее уже проспал. Она по часам выходит.

— Ну и слава богу, — вздохнула Марина.

— Пошли гулять.

— Чего? — засмеялась, невольно взбодрившись от собственного смеха.

— Я выспался и хочу гулять. А иначе зачем мы сюда приехали? С таким же успехом можно было дома валяться.

— Не повторяй за мной.

— Это же не гадости, можно повторять.

Марина беззвучно засмеялась, вздрогнув в его руках всем телом. Пошевелилась, разминая затекшие суставы.

— Ладно. Пойду один. И пусть тебя совесть замучает.

— Куда ты собрался?

— На улицу, подышать. И вообще я есть хочу.

— С этого и надо было начинать. Вот ты беспокойный…

— Я не беспокойный, я активный. У меня свой ритм жизни, говорил же, не удивляйся. — И правда потянулся, встал с кровати и стал собирать свои разбросанные по комнате вещи.

Марина включила ночник и проворчала:

— Я и не удивляюсь. Мне бы теперь тоже шмотки свои найти. А то, как ты без меня гулять пойдешь?

— Никак. Руки сюда. — Натянул на Маринку свою толстовку. На себя — водолазку.

Закинув на плечо плед, подождал, пока Стэльмах влезет в джинсы.

Они, заговорщицки перешептываясь, вышли из комнаты, спустились на первый этаж и свернули в кухню.

— Ты правда хочешь есть? — спросила Марина, включая свет.

— Угу.

— Сейчас я чего-нибудь найду, — заглянула в холодильник. — Есть еще мясо и рыба. Что будешь?

Мажарин подумал.

— Рыбу. Мутит уже от шашлыков. Только не разогревай, холодную хочу.

— Ладно. На веранду пойдем?

— Да.

— Тогда чай возьмем и конфеток.

— Зачем чай? Давай вина возьмем.

Марину разобрал смех:

— Пошли гулять, говорит.