Mayday. Я влюбляюсь

Она точно знала, чего хотела – небольшую семью и собачку. Любую. Или кота. А может, и знатную семейку. И лучше корги. Такие незамысловатые мечты. Не цель, не финал, куда обязан прийти, а сама жизнь, которой хотелось прямо сейчас, в этот миг и тысячу других после.

Но каждый прожитый день под боком у Макса лишь сильнее отгораживал ее от счастья: простые мечты стали казаться ей недостижимыми, как Эверест. Ведь Макс ненавидел животных. И не спешил думать о будущем. Он вообще ни о чем не хотел думать. Его устраивала рутинная жизнь старшего кладовщика с зарплатой в двадцать девять тысяч и редкими бонусами в виде списанной с поставки косметики, которая нарекалась подарками Нике по случаю и без. И это в тридцать-то лет. А ей этого всего было нещадно мало даже в двадцать пять.

Макс часто злил ее. Когда с гордостью рассказывал, как остался безнаказанным за украденную линейку бесполезной «Natura Siberica», свалив вину на другого парня, которого уволили. Когда, открыто демонстрируя презрение, за километр обходил тех, кто просил подаяние. Когда одергивал и подгонял Нику, решившую в выходной день покормить уличного кота, или после ее маникюра вместо комплимента хватал за руку с криками: «Офигенно! Мне такой цвет для кроссовок нужен, сбил передник, дашь?».

Зацикленный на себе эгоист! Но как же быстро Ника забывала обиды, зачарованная его бесконечной мантрой «люблю, люблю, люблю». Даже сейчас она уже скучала. Он, при всей простоте, умело затрагивал в Нике какие-то особые струны души, залечивал ноющие из-за прошлого ранки. Она млела от его громких фраз, чувствовала живой в крепких руках.

У них всегда были хорошие отношения, даже когда она встречалась с его братом Лешей. Они всегда спорили об одних фильмах, вместе выигрывали турниры в «Активити» и смеялись над никому не понятными шутками из интернета. Макс, как никто, поддерживал ее. Когда Леша начал съезжать с катушек, она могла позвонить в любое время суток, и Макс срывался искать брата по барам. Он приезжал, когда Леша разносил квартиру, а Ника рыдала, запершись в ванной. Даже пытался скрыть от нее Лешиных девок, пытался вразумить его.

Когда Леша оказался в больнице, они с Максом незаметно друг для друга сблизились сильнее. И Ника шагнула навстречу. Ведь искренне поверила, что это настоящая любовь. Теперь точно она. Но как Ника ошиблась во второй раз?

– Орлова, ну ты совсем мне не нравишься, поешь хоть!

Нет, она не хотела. Кусок в горло не лез.

– Он ведь никогда не признается, Сонь? – произнесла она вслух вопрос, ответ на который у нее уже имелся.

Подруга сгребла ее в объятия.

– Ну, ты чего! Не плакать! Блин, Ни-ика, не рви мне сердце! Может, Луна войдет в созвездие Водолея, и твой дурак соберет яйца в кучу, да поговорит хотя бы с мамой и братом. А если нет – бросай его.