Молчание матерей

Он отложил шприц и аккуратно снял с ее предплечья резинку. В надежде завоевать расположение Иоланды Элена сказала, что они ищут убийцу ее брата.

– Блас не был плохим человеком, – всхлипнула Иоланда.

– Твой брат был подонком и убийцей. – Сарате не собирался слушать милую беседу; ему не нравилось, как Элена повела разговор.

– Мой брат, как и я, вырос в Венторро-де-ла-Пуньяла. Если бы ты был оттуда родом, то знал бы: чтобы выйти в люди, там надо быть таким, как Блас. По молодости он много чего натворил, потому его и посадили. Но потом исправился, нашел приличную работу.

– Начальник этот – та еще мразь. Бласу все время приходилось за ним следить, потому что у него было одно на уме: как бы меня трахнуть. А брат о нас заботился, понял? Хотел, чтобы я слезла с героина, матери обеспечил спокойную жизнь. Откуда, думаешь, у нее деньги на этот салон? От моего брата. Причем деньги немалые: мы это помещение не снимаем, оно наше.

Элена предоставила ведение допроса Сарате. Она не хотела вступать в спор и давать Анхелю повод для конфликта, хотя он только этого и ждал.

– Откуда он взял деньги?

– У него были свои дела…

– Иоланда… Он не говорил, что эти дела связаны с деревней в Сории?

– На фига моему брату Сория? – Иоланда задрала подбородок и нахмурилась, но, увидев, как Сарате поигрывает шприцем, собираясь опустошить его, мгновенно смягчилась. – Эй, поосторожнее.

– Так откуда у него деньги?

– Во второй раз его посадили ни за что. Он ничего плохого не сделал, просто заключил сделку с судьей.

– Ну, как обычно с судьями договариваются… Что ты все расскажешь и заложишь других, а тебя за это отпустят. Его тогда поймали с наркотиками.

– Ясно. Значит, его задержали во время облавы и предложили отпустить, если он раскроет сеть наркоторговцев. Верно?

– Ага. Но стукачу жить недолго, поэтому его тоже посадили. Чтобы никто не догадался, что это он всех заложил.

– Как звали судью, который предложил ему эту сделку? – вмешалась в разговор Элена.

– Его по телику часто показывают, Берналь или что-то в этом роде…

– Игнасио Бельтран из Национальной судебной коллегии? – догадалась Элена.

– Мне откуда знать? Лысый очкарик. Верните мою дозу.

Сарате отдал ей шприц, и уже через несколько секунд Иоланда приготовилась вколоть себе героин.

– Я согласился встретиться с вами без предварительной договоренности только потому, что меня попросил об этом комиссар Рентеро.

Они ожидали, что кабинет судьи Национальной коллегии будет обставлен роскошной антикварной мебелью, но в случае Игнасио Бельтрана все оказалось иначе. В его кабинете стояли только заваленный бумагами письменный стол, старый компьютер, кресло самого судьи и пара стульев для посетителей; в углу был стол для встреч, тоже загроможденный папками с делами и отчетами.