Молчание матерей

– И правда, я заслужила перерыв. Но лучше поехали ко мне. Меня в таком виде ни в одно кафе не пустят.

Девушка села на заднее сиденье, и Фабиан познакомил их с Рейес. София говорила с бразильским акцентом. Она жаловалась, что вчерашняя гроза распугала всех клиентов.

– Слава богу, есть те, кому с утра пораньше невтерпеж, – заметила она абсолютно серьезно.

Было половина двенадцатого, но София уже успела обслужить пару клиентов: водителям службы доставки захотелось скрасить хмурое утро.

Фабиан припарковался у какого-то склада, и они направились в гости к Софии. Салон ее новенького красного фургона был оборудован для встреч с клиентами: помимо безупречно заправленной постели там был даже телевизор.

– Добро пожаловать в мой мотель. Что будете пить? Кофе? Или пиво? – София наполнила из термоса три чашки. – Кофе хороший, из Бразилии, я его делаю для себя. Сахар вон там.

Несмотря на акцент, София говорила понятно, ей не приходилось прибегать к португальскому из-за плохого словарного запаса. Они с Фабианом, как старые друзья, поболтали о футболе (София болела за «Фламенго», а испанскими клубами не интересовалась), о ее коллеге-транссексуалке (ту положили в больницу из-за проблем с силиконом), о разных мелочах. Наконец Фабиан решил, что реверансов достаточно.

– Давай к делу, детка. Что ты нам расскажешь?

– А что мне за это будет?

Фабиан достал из кармана купюру и призывно помахал ею в воздухе. София схватила деньги и быстро засунула себе в вырез.

– Приходил Дуби, спрашивал про Херардо.

– Дуби? Да что ж старик никак не угомонится!

– Вот и я так подумала.

Рейес помешала горький кофе и поставила чашку на коробку, служившую им столом, чтобы подрагивавшие руки не выдали ее волнения.

– А на фига ему Херардо?

– Говорит, Херардо должен ему денег. За какую-то работу.

– Ничему его жизнь не учит. Он сказал, что за работа?

– Нет, но думаю, все как обычно.

– Кто такой этот Дуби? – спросила Рейес.

– Малявщик. Подделывает документы как бог. Я сам не отличу паспорт его работы от настоящего. Трижды сидел, но дело свое не бросил, а ему почти восемьдесят. А зачем, спрашивается, Херардо понадобился паспорт? Или он уехал из страны?

– Это ты у Дуби спроси. Я рассказала все, что знаю: он зашел ко мне, интересовался, что слышно от Херардо. Я раньше работала около салона Бирама, наверное, Дуби видел нас вместе. Мне Херардо нравился: как-то раз уговорил африканцев сделать мне скидку. Но старик хорош! Работать продолжает в таком возрасте, еще и замечает, что где происходит.

В машине Фабиан объяснил Рейес, что будет дальше. Они поедут в переплетную мастерскую, которую держит угрюмая женщина лет пятидесяти.