Матабар III

Артефакт, какой бы тот области ни принадлежал, каким бы сложным и волшебным не выглядел бы, всегда оставался лишь инструментом. Как, к примеру, вечная свеча, которой до сих пор иногда пользовался Ардан.

А значит, если они с Миларом действительно напали на верный след, то все еще оставались позади Пауков. Причем сразу на несколько шагов.

Арди не сомневался в том, что если удастся взять кого-то из ордена живым, то простой виселицей террористы не отделаются. Им уже подготовили не самые просторные и далеко не комфортные камеры в Черном Доме, где гостей ждут неприветливые мастера допросов в мрачной одежде и с масками на лицах.

Пауки не могли этого не понимать.

Значит то, что ими двигало, с легкостью превышало на весах благоразумия вполне себе вероятную, скорбную участь.

Анвар, в иллюзорной записке, сообщил о выигрыше. Что имел ввиду странный маг? Оброненное им, бессмысленное слово «корабль»? Целую неделю Ардан с Миларом провели, зарывшись в бумаги и газеты и исследовали все, что могло быть связано с данным словом.

Увы, результат нулевой. Самое близкое, на их взгляд, к истине — скорый пробный запуск одного из испытательных образцов дирижаблей. Но их испытывали несколько раз в год и последний такой запуск завершился, причем с оглушительным успехом, за несколько недель до венчания на престол нынешнего Императора.

Воздушное судно. Чем не корабль.

Может быть, Анвар имел ввиду, что Пауки целятся вовсе не на открытие подземных трамвайных линий. Событие, которое Император все откладывал и откладывал, но так вряд ли могло продолжаться бесконечно. Горожанам обещали новый, куда более быстрый и дешевый вид транспорта уже в начале весны, а к концу года открытие еще пяти станций, но вот уже пошел второй месяц весеннего сезона, а об открытии ни слова.

Ардан выдохнул и покачал головой. Шел уже четвертый месяц его работы на вторую канцелярию, до переводных экзаменов между первым и вторым курсом — всего шесть недель, а он вместо того, чтобы сосредоточиться на лекциях, целыми днями ломает голову над загадкой Пауков.

Удивительно, как семь с половиной месяцев жизни в Метрополии по своей насыщенности опередили не просто годы, проведенные в Эвергейле, а, наверное, почти всю жизнь Ардана.

Тесс, во время репетиции, зацепилась микрофоном за цепочку, на которой висел символ Светлоликого. Порвала. Теперь вот, купив новую, хотела осветить ту в храме. И для подобного выбрала день праздника Святых. Тот состоится уже завтра.

Тесс попросила Ардана составить ей компанию. И не то, чтобы Арда как-то смущала церковь. Нет. Единственной книгой, которой располагала его матушка оказался старый катехизис, переданный ей в наследство родителями. Арди знал его если и не наизусть, то очень хорошо.

Ардан дернулся.