Мастер порока

Мишка сразу устроился на моих коленях, а они с Ликой наперебой принялись расспрашивать меня о том, как я провела целую неделю без них. Особенно малых интересовало на сколько я приехала. Чтобы заранее всех не расстраивать, я ловко перевела тему вопросом об их последних проказах, чем обеспечила себе как минимум час отсрочки.

До своего смартфона я добралась лишь к обеду, а потому поздно увидела неожиданное оповещение, которое пришло еще в девять утра. Это было зачисление на карту. Крупное зачисление и сначала я всерьез решила, что это какая-то ошибка! Однако прикинув кое-что в уме, поняла — мне перевели четвертую часть от обещанной зарплаты. Несмотря на то, что по договору она обязана быть раз в месяц.

Честно говоря, я растерялась.

Не знала радоваться или плакать? Ведь это было очень-очень кстати! Но в то же время из-за событий минувшего утра, внутри прошло отторжение… Передо мной будто нарочно помахали морковкой! Но для чего? Загладить происшествие? Чтобы я даже мысли не допустила об уходе?

А она ведь билась в голове с того момента как я покинула его комнату… Только я быстро вспомнила про условия договора — если без веской причины решу расторгнуть его, должна буду выплатить неустойку. Такую, после которой мы все дружно окажемся на улице! Хотя причина имелась и по мне она была очень веской. Да только возьмись я её доказывать и меня сочтут сумасшедшей…

В конце концов, я решила, что заслужила эти деньги. Потому что добросовестно работала всю неделю и моей семье они нужны!

Из-за недосыпа меня почти весь день клонило в сон, но я упрямо не ложилась подремать. Не хотела упустить ни одной новости, ни одного мгновения в обществе семьи. Очень истосковалась по простому общению. Даже Риту бы с удовольствием заняла разговором, но она уехала за город. Как-то так вышло, что кроме старшей сестры у меня и подруг то не имелось. Разве что Инна — бывшая сокурсница, но мы с ней редко пересекались.

Мне казалось, за день я хорошо отвлекалась от беспокойных мыслей и успешно избегала воспоминаний, которые заставляли меня волноваться. Но, похоже, порой сама не осознавала, как уходила в себя, и это не удалось скрыть от мамы.

Пока дети смотрели последнюю экранизацию «Король лев» в её комнате, она помогала мне собираться. Хотя скорее мешалась, ища повод для разговора.

— Во сколько за тобой приедут? — задумчиво спросила мама, складывая гору постиранных вещей, и то и дело, пытаясь всучить мне что-нибудь взять с собой. То, что я практически 24 часа в сутки ношу униформу её ничуть не смущало.

— В семь.

— Так рано… — качнула она головой.

— Мамуль.

— Да нет, я все понимаю, — уступчиво отозвалась она. — Но один выходной… это же так мало! Еще звонки эти по часам — не дозвонишься ведь, если ты не в комнате.

Я только вздохнула.