Сидни Шелдон. Сорвать маску-2, или Молчание вдовы

– Брендон? Конечно! А как он связан с расследованием?

– Можете поделиться сведениями о нем? – спросил Лу, игнорируя ее вопрос.

– Ну, какие там сведения! Лично мы не встречались, однако я знаю Фрэнсис, его бедную мать. Ах как мне жаль несчастную Фрэн!

– Несчастную? О чем вы? – продолжал гнуть свою линию Гудман.

– Брендон пропал без вести. Именно тогда я и познакомилась с Фрэнсис. Вы же знаете, чем я занимаюсь?

Гудман кивнул.

– В общих чертах. Кажется, вы помогаете в поиске пропавших людей.

– Это лишь верхушка айсберга, детектив, – печально сказала Валентина и бросила на него взгляд из-под ресниц.

Лу поразмыслил, не стоит ли плавно перевести тему на недавнее дело об укрывательстве от налогов, но передумал. Детектива не покидало ощущение, что Валентина осторожно прощупывает его, но он не был в этом уверен.

– Расскажите мне про супругов Гролш.

– Боюсь, это самая обычная история. У любимого ребенка богатых родителей обнаруживается наркотическая зависимость. Да, порой подростки курят травку и глотают в клубах таблетки, но не все становятся наркоманами. А Брендон не просто стал наркоманом, он еще и бесследно исчез. А в нашем фонде мы не закрываем глаза на исчезновения!

Последнюю фразу Валентина произнесла с таким напором, что Лу опешил. О нет, перед ним сидела не просто скучающая богатая лентяйка, которая нашла себе очередное лекарство от скуки. Валентина Баден верила в свое дело. В ее глазах сверкали молнии, грудь взволнованно вздымалась. Многие женщины замещали неудачный брак шопингом, спа и коктейлями, а Валентина нашла себя в благотворительном фонде. И неважно, скрывала она налоги или нет. Важным было то, какое значение она придавала своему любимому делу.

– Мы организовали поиски мальчика там, где не стала бы искать полиция. Даже в закрытых студенческих клубах и в дрянных ночлежках. Увы, наше расследование закончилось трагично, но полагаю, Фрэнсис все равно благодарила нас за приложенные усилия вполне искренне. Скажу начистоту: ее муж Натан обладает непростым характером. Отстраненный и холодный, словно кусок мрамора, возможно, он вовсе не любил сына, но его равнодушие к горю жены просто неестественно.

– Вы сказали, что поиски закончились трагично…

Валентина Баден вздохнула.

– Да. Мы получили письмо от одной женщины, с которой общался Брендон. Ее звали Ракель, она тоже была героиновой наркоманкой. Она сообщила, что Брендон скончался от передозировки прямо у нее на руках. Вроде бы ему пытались дать антидот, но помощь пришла слишком поздно.

– Хм. – Гудман отпил воды. – А фамилия у этой Ракель есть?

– Боюсь, мне она неизвестна. – И Валентина улыбнулась так широко, что стало ясно: даже если она знает фамилию, все равно не скажет.