Маска резидента

Только маскировка убийств под несчастный случай и быстрота действий могли обещать мне успех. И еще мне мог помочь случай. Счастливый случай. В конце концов, я занимаюсь не самой бесполезной для человечества работой. Я убираю мешающий жизни мусор. Я чистильщик. Я имею право на толику везения."

"Ровно тогда, когда мне надо было проснуться, я проснулся. И именно тогда, когда надо было быть на месте, — был там.

Если бы мой первый клиент каким-нибудь образом узнал, что его выбор был обусловлен только затянувшимся ремонтом фасада здания, он бы очень удивился и очень расстроился. Не облупись штукатурка, не выцвети краска, и он, возможно, прожил бы на несколько часов дольше. Не затяни штукатуры работу — и его смерть не была бы столь ужасна. Но ремонт шел ни шатко ни валко, и поэтому первым предстояло умереть именно ему. Странные в нашем деле случаются иногда причинно-следственные связи. Кто-то вовремя раствор не подвез, а кто-то от этого раньше положенного умер.

Я встретился с бригадиром, отвечающим за ремонт дома, и, представившись одним из жильцов, попросил отложить окраску подъезда, где я живу, на несколько дней.

— У меня, понимаешь, важное событие. Помолвка. Невеста будет, родители, друзья. А тут краска, штукатурка, окна заляпанные. Можно одежду попортить и настроение. Хорошо бы перенести работы на пару дней. А связанные с этим затраты, я же понимаю, я возмещу…

Моя просьба, а вернее, размер предложенной, о какой мастер и мечтать не мог, компенсации возымели действие.

— Конечно, конечно. Мы же понимаем. Мы для того и поставлены, чтобы людям облегчение было. Это дело святое. Я сам женился, — бубнил ополоумевший от свалившегося на него счастья мастер, рассовывая деньги по карманам. — Я счас сразу и распоряжусь. Вы не беспокойтесь…

А я и не беспокоился. Я не беспокоился даже насчет возможной утечки информации при разборке случившегося на участке ЧП. Вряд ли мастер будет объяснять истинную причину своего странного приказа — пропустить ближний подъезд, начав ремонт сразу с дальнего — получением крупной суммы наличных денег. Взятка, особенно если ею не поделился с начальством, а он, конечно, не поделится, — штука подсудная. Если мастер не дурак, а дурак в среднем производственном звене, постоянно находящемся между наковальней — рабочими и молотом — начальством, долго не продержится, то он придумает кучу своих вполне правдоподобных объяснений странных производственных перемещений. За тактические просчеты в строительном деле в отличие от мздоимства с него не спросят. Подозрения, связывающие факт получения денег с трагическим происшествием, и вовсе заставят его умолкнуть. Ведь он, если имело место убийство, становится его прямым соучастником. Никому и ничего мастер не скажет.