Чужая маска

Каким образом?

– Он сказал, что я должна его застрелить.

– Разве у вас было оружие?

– Нет.

– А из чего вы должны были его застрелить?

– Леонид сказал, что оружие будет спрятано на лестнице в его доме. Оно будет заряжено и приготовлено к стрельбе. Я должна только дождаться, когда он выйдет из лифта, и выстрелить.

– Минуточку. – Настя прижала пальцы к вискам. – Не так быстро. Он сказал, что вы должны его застрелить. А вы что на это ответили?

– Я сказала, что выполню его волю. Я не смела ему перечить. Он гений, он носитель высшего разума. Ему виднее, как правильно поступить.

– Он назвал время и место, где должно было состояться убийство?

– Да. Он сказал, что это должно обязательно произойти в тот день, когда истечет предписанный свыше годичный срок нашей разлуки во искупление нашего греха.

– И где же?

– В его доме. Он сказал, что поедет к родителям и друзьям, простится с ними, потому что в земной жизни они больше не увидятся, и около полуночи вернется домой. Я должна буду стоять на лестничном балконе и ждать, когда подъедет его машина. Увидев, что он входит в подъезд, я должна приготовиться, открыть дверь в коридор и, когда он выйдет из лифта, выстрелить.

– И вы сделали именно так?

– Я сделала так, как он мне приказал. Я все выполнила в точности.

– Он сказал вам, сколько раз вы должны выстрелить?

– Нет. Он сказал: стреляй, пока я не умру.

– А вы сколько раз выстрелили?

– Четыре или пять. Нет, четыре.

– И что было потом?

– Я ушла.

– Оружие где? Вы его держите дома?

– Нет, я его оставила там же, у лифта. Леонид сказал, что я должна его бросить.

Все сходилось до деталей. Откуда Исиченко могла все это узнать, если не она убила Параскевича? Следователь ее ни разу не допрашивал, Настя тоже ничего этого ей не рассказывала. Но Людмила была на похоронах Параскевича. Может быть, она там что-то услышала? Нужны детали, как можно больше деталей, о которых невозможно было узнать, просто прислушиваясь к разговорам в траурной толпе. Более того, нужны детали совершенно особенные. Учитывая больную психику и внушаемость женщины, можно предположить, что кто-то очень ловко пользуется ее нездоровьем, изображая призрак покойного Параскевича и заставляя ее признаться в преступлении, которого она не совершала. В толпе, конечно, многого не узнаешь, но истинный убийца вполне мог проинструктировать Людмилу, рассказать ей подробно, как все было на самом деле. Но всего ведь не предусмотришь…

– В какую сторону открывается дверь между балконом и коридором?

Исиченко на мгновение задумалась, словно вызывая в памяти тот вечер.

– Там две двери, – ответила она. – Первая открывается в сторону балкона, вторая – в коридор.