Призраки Марта

 – Из крупных зеленых яблок, – ему нужны были именно такие – как в детстве.

Кухарка моргнула, услышав более точное описание того, что от нее требуется, и крепко задумалась.

– Моя сестра любила готовить такие, – произнесла женщина с печальной улыбкой.

– Я… – Март чуть было не ляпнул: «Я знаю», – но быстро поправился: – Я был бы рад увидеть их в вашем исполнении. Ведь вас это не обременит?

– О, что вы! – Мирта всплеснула руками, сообразив, что вновь умудрилась углубиться в собственные воспоминания, пока хозяин дома стоял напротив и терпеливо ждал ее возвращения в реальность. – Конечно, не обременит. Простите меня. Просто ваша просьба… навеяла…

– Я понимаю, – заверил Март. – Все в порядке.

– Я сегодня же!..

Сбегать на рынок, купить яблок, сварить из них варенье, а затем еще слепить и испечь пирожки – разумеется, сегодня же. Но только в том случае, если у Мирты восемь рук и столько же ног.

– Как-нибудь, – напомнил он изначальную формулировку своей просьбы.

Мартин хотел удивить пирожками сестру, но планировал увидеться с ней не только ближайшей ночью, а потому никуда не спешил.

– Тогда завтра. – Мирта немного успокоилась.

– Даже если через неделю, – заверил Март и вышел из кухни.

В свое время Эльза говорила, что выпечка – это творчество, которое требует вдохновения, а не приказа.

Он копался в магической книге Гелены Роуг в своей комнате, когда в дверь постучался Пьетро. Сегодня маг его еще не видел. С утра мальчик занимался Мраком в конюшне, а к тому времени как Мартин проснулся, уже убежал на рынок по поручению Мирты.

– Входи, Петь! – Маг провел над раскрытым на середине фолиантом ладонью, и книга на время стала невидимой, скрывшись под «щитом».

Дверь приоткрылась; в помещение заглянул сначала один глаз, смотрящий, кстати говоря, жутко смущенно и даже виновато, затем второй…"

"Март резко отодвинул стул от стола и поднялся на ноги.

– Кто тебя так? – спросил строго, подойдя ближе, чтобы рассмотреть заплывший левый глаз со свежим, только-только наливающимся синевой синяком во всей красе.

Подросток послушно повернул голову, громко засопел.

– Слуги… – выдал через крепко сжатые от обиды и стыда зубы. – Бывшего хозяина.

Что ж, во всяком случае, слово «бывший» в сочетании с «хозяин» уже плотно укоренилось в его мозгу, что не могло не радовать. Тем не менее Март нахмурился.

– Ты же говорил, что как-то встречал на рынке знакомых, но они тебя проигнорировали?

Мальчишка засопел громче.

– Теперь – нет. Гришка сказал, что хозяин стал злее, и все из-за меня, а Мотька… – Он резко прервал жалобы и плотно сжал губы. – Я подумал, что лучше вы узнаете от меня.