Мисс Марпл

За котлетами последовал пудинг с подливкой из черной смородины – любимый десерт архидьякона, что было известно миссис МакКрей. После ужина архидьякон всерьез занялся поисками исчезнувшего друга. Он взялся за телефон весьма энергично и явно не считаясь с расходами, что заставило миссис МакКрей озабоченно поджать губы, хотя она и не осуждала действий архидьякона, понимая, что хозяина следует разыскать.

Попробовав поначалу обратиться к сестре каноника, которая весьма мало знала о жизни брата и, как обычно, понятия не имела, где он и где может быть, архидьякон закинул сеть дальше. Он вновь позвонил в отель «Бертрам» и выяснил все подробности. Каноник уехал оттуда ранним вечером девятнадцатого. Взял с собой лишь ручной саквояж, все другие вещи в его номере, который каноник оставил за собой. Перед отъездом он упомянул о том, что летит на какой-то конгресс в Люцерн. Из отеля отправился не прямо в аэропорт. Швейцар, хорошо знающий каноника в лицо, посадил его в такси и, узнав, куда тот собирается ехать, дал шоферу адрес клуба «Атенеум». С тех пор никто из служащих отеля «Бертрам» каноника не видел. Ах да, вот еще маленькая подробность: каноник забыл оставить ключ от номера и взял его с собой. Впрочем, с ним это случается не впервые.

Архидьякон Симмонс не сразу решил, куда сделать следующий звонок. В лондонское бюро авиаперевозок? Но это потребует времени. Можно поступить проще. И он позвонил доктору Вейсгартену, специалисту по древнееврейскому языку, он-то наверняка присутствовал на конгрессе.

Доктор Вейсгартен оказался дома. Узнав, кто с ним говорит, он разразился гневной, уничижительной речью в адрес выступления в Люцерне одного из коллег:

– Этот Хогаров нес полную околесицу! Не знаю, как он вообще туда с этим попал. Он никакой не ученый! Знаете, что он, к примеру, заявил?

Архидьякон вздохнул и решил проявить твердость. Иначе ему еще долго придется слушать соображения Вейсгартена по поводу ученых выступлений на Люцернском конгрессе. Не без некоторого труда доктора Вейсгартена удалось перевести на более приземленную тему.

– Пеннифазер? – спросил он. – Пеннифазер? Он должен был там быть. Не могу понять, почему его не было. Ведь утверждал, что собирается приехать. Всего неделю назад он мне сам это говорил, когда мы виделись в клубе «Атенеум».

– Вы хотите сказать, что его вообще не было на конгрессе?

– Именно это я и сказал. Он должен был там быть!

– А вы не знаете, почему он не приехал? Прислал он какое-нибудь объяснение?..

– Откуда мне знать? Во всяком случае, он говорил, что собирается туда. А, вот что! Его действительно ожидали. Многие коллеги заметили его отсутствие. Думали, что он, по-видимому, простудился.