Мария, королева Нисландии

И наконец-то, слава всем его восточным богам, отправился по своим торговым делам, обещая вернуться за ответом через месяц-полтора.

Только теперь у Марии появилось время познакомиться с новыми подопечными её дома. Лиц девушек до сих пор никто не видел. Особо ехидные леди уже успели запустить сплетню, что мастерицы прячутся под вуалями именно потому, что страшны, как смертный грех. Молодые же лорды, напротив, проявляли повышенный интерес, считая, что за вуалями окажется неземная красота.

Мартин во избежание сплетен мудро умыл руки сразу же:

— Считай, радость моя, что это подарок тебе. Негоже королю, — усмехнулся он, — заниматься какими-то там мастерицами.

Девицы пока безвылазно сидели в одной из комнат под присмотром Виты. С ее слов, возможности воспользоваться мыльней и принять ванну несказанно образовались: на их родине северян считали дикарями. А обычай бритарских прелестниц вместо мытья обтираться мокрой тряпкой — омерзительным.

— И мыло у них с собой, госпожа, привезено по целой коробке! Восточное — лучшее из всего, что я видела! Пахнет так сладко! Зумрат ихняя мне кусок подарить хотела, — и, глядя в стену, задумчиво Вита добавила: — задобрить, видать, желает… Не стала я брать, госпожа, от греха…

Было заметно, что подарок ей получить очень хочется, но честь королевского дома для нее важнее. Мария улыбнулась. За эти годы она уже успела убедиться, сколь честна ее прямолинейная и не слишком покладистая горничная.

— Ты вполне бы могла взять мыло, Вита.

— Правда?!"

"— Да, — Мария снова улыбнулась, глядя на ее почти детскую радость. — Просто придумай, что ты можешь подарить в ответ, и не быть должной южанке.

— Я… Я обязательно придумаю, госпожа!

Мария приказала подать свежий травяной взвар в комнату девушек и предупредить, что скоро навестит их: вряд ли кто-то спрашивал красоток, хотят ли они оказаться так далеко от родного дома. Так что незачем их пугать ещё и внезапным визитом королевы.

При появлении Мария все трое кинулись ниц, и Вите пришлось даже прикрикнуть на них, заставляя подняться с колен. Мария удобно устроилась за столом и сказала:

— Присаживайтесь, девушки. И снимите с лиц покрывала: я хочу видеть вас. Кто из вас Зумрат?

— Я, прекрасная госпожа… — в речи девушки слышался очень сильный акцент, но понять ее вполне было можно.

— Расскажи мне о себе, Зумрат, — на взгляд Марии, девушке не было еще и двадцати.

Густые черные волосы заплетены в четырехрядные косы. Тонкие, явно выщипанные брови разлетаются к вискам. Чуть крупноват нос, зато глаза так прекрасны, что маленький недостаток почти незаметен. На смугловатой, разрумянившейся от смущения щеке — бархатная черная родинка.

«Молода, хороша собой, да еще и ткачиха! Такую, пожалуй, не грех будет отдать и за подходящего лорда.