Марджорис

Довольный мужской смех тонет в девичьих стонах, потому, что он начинает двигаться в её теле, сначала медленно, словно извиняясь за причинённую боль, а потом всё быстрее, вколачиваясь в тугое лоно, заставляя кричать от нарастающего удовольствия, пока в последних мощных толчках, не взрывает её сознание на миллион сверкающих осколков, заставив корчится от нестерпимого и болезненного наслаждения. Последний рывок, так глубоко, и сильно, и он изливается в её нутро.

— Теперь ты моя, Амирэя. Моя половинка и возлюбленная. А я — твой. Муж и господин, навеки. Силой Источника, клянусь.

Немного позже девушка с трудом приоткрыла слипающиеся веки, пытаясь понять, что не так? Кажется, Фриделис что-то такое сказал, про то, что она его, а он её. А она согласилась, готовая до неба допрыгнуть, если он попросит. По её спине пробежались ласковые пальцы. И она вяло подняла голову со скрещённых рук. Между лопаток почувствовала его обжигающие губы.

— Как ты? — никогда она ещё не слышала столько удовлетворения и нежности в его голосе.

— Хорошо, — осторожно оттолкнулась руками от стола, пытаясь встать.

— Тш-ш-ш. Не спеши, сладкая, — он начал покрывать лёгкими невесомыми поцелуями линию позвоночника, поясницу. Между всё ещё разведённых ног скользнула его рука, накрывая ладонью пухлый холмик. — Сильно болит?

— Нет, — она помотала головой, пытаясь избежать его прикосновения, до невозможности смущённая теперь.

— Врёшь ведь, — хмыкнул. — Сейчас станет легче, — и она почувствовала его магию, осязаемую и покорную ему.

— Вы обуздали Источник? — восхищённо воскликнула, пытаясь так извернуться, чтобы его увидеть.

Но Фрид снова рассмеялся и прижал ладонью её поясницу.

— Лежи. Вот неугомонная. Обуздал. Благодаря тебе.

— Что? Как это?

— Долго объяснять. Если вкратце, Источник снова взбунтовался, когда я испугался за тебя. А потом он подтолкнул меня взять то, что я больше всего хотел, но запрещал себе.

— И что это? — спросила, замирая в ожидании ответа.

— А ты не догадываешься? Тебя. Я уже давно хотел лишь тебя.

— Ваше величество… я не смогу быть вашей любовницей. — Сказанные им слова задевали самые глубокие струны её любящей души, но Ами решила расставить все точки, опасаясь, что ещё немного и передумает, не способная отказаться от него. — То, что случилось, больше не повторится.

— О, ты ошибаешься, моя нимфа голубоглазая. Это повторится прямо сейчас. А потом ты оденешь мою запасную рубашку, я отнесу тебя в свою кровать и буду повторять до самого утра. И завтра тоже. И послезавтра. Теперь ты от меня никуда не денешься. Сама дала согласие. А я… Я мечтал нагнуть тебя над этим столом слишком долго. Так что, придётся терпеть, жена моя.