Марджорис

Дан Лэардо поднялся на ноги и повёл плечами, расслабляя мышцы. Когда уже собрался открывать портал, остановился, услышав хриплый рык.

— Нони!.. — тело Кираша напряглось и по коже побежала рябь оборота.

— Вот же медведь упрямый! — раздражённо рыкнул Айсар и снова склонился к хозяину дома. Положив руку на лоб, послал ментальный импульс, резко приводя в сознание.

Карие глаза с лопнувшими сосудами распахнулись и тут же бешено завращались, озираясь вокруг, пока в поле зрения не попало лицо саркастически ухмыляющегося Лэардо.

— Ну здравствуй, Кираш! Как поживаешь?

— Пошёл ты…! — зарычал дан ректор, скаля огромные медвежьи клыки. — Что ты делаешь в моём доме?

— Спасаю твою задницу, как видишь.

— Что?!! — и тут в его взгляде промелькнуло осознание — Нони! Где моя Нони? — мышцы взбугрились, и огромный оборотень рванулся вперёд, выпуская длинные острые когти и стремясь вцепиться в горло своему противнику. Однако Айсар без труда перехватил его руку, безжалостно выворачивая, при этом наступив сапогом на вторую. Чёрные глаза полыхнули недобрым огнём.

— Жива твоя Нони! Сейчас она в безопасности в моём доме. Успокойся и не заставляй меня тебя калечить.

Кираш тяжело дышал, пытаясь прийти в себя и осмыслить услышанное. Постепенно его взгляд прояснился, и он откинулся обратно на пол, признавая преимущество противника.

— Отпусти. Я всё понял.

Лэардо ещё раз смерил его пристальным взглядом и отступил.

— Где твои дочери? Мы не нашли их.

— В безопасности, — коротко рыкнул Сэйрано.

— Хорошо. Раз уж ты пришёл в себя достаточно, чтобы бросаться на меня, предлагаю отправиться со мной. Придётся тебе побыть гостем в моем доме. Заодно убедишься, что с женой всё в порядке.

— Я согласен, — угрюмо буркнул дан ректор.

— Не сомневался, — хмыкнул Айсар. — Только штаны хотя бы натяни. В нашем доме гостит девушка, которая возможно ещё твоей студенткой будет.

— Знал бы ты, как мне сейчас хочется тебе врезать, — устало проворчал уже успокоившийся Сэйрано.

— Взаимно, друг, взаимно, — и дан Лэардо протянул руку, помогая Кирашу подняться на ноги.

На этот Рисса проснулась уже поздним утром и не сразу поняла, как так получилось, что она лежала завернутая в одеяло, как в кокон. Немного повозилась, пока смогла высвободиться, и села в кровати. Горло саднило, и девушка недоуменно прокашлялась, вспоминая, где могла простыть. И тут в сознании вспыхнуло воспоминание, как она выла, захлёбываясь от боли, а дан Айсар обнимал её и успокаивал. Первой реакцией стала волна смущения, а потом накатил страх и сердце зашлось в груди, панически громыхая, когда остальные события ночи всплыли в её памяти.