Марь

— Потому что на пороге у нас нацарапаны всякие злые рисунки. А в цветочных горшках закопаны головы детенышей.

— Чьих детенышей, Катя? — Стеша понимала, что имеет в виду ее маленькая сестра. Она имеет в виду черепа. Но откуда Катя вообще знает про черепа?

— Это детеныши старой рыбы. — Катюша пожала плечами. — Раз в сто лет у нее рождаются детеныши. Марёвки сказали, что их всегда тринадцать. Почти все умирают маленькими, потому что им не нравится в этом мире, потому что они добрые и ласковые и не видят разницы между водой и землей. Они выплывают на берег и не могут вернуться в болото. И там, на берегу, умирают.

— Господи, страсти какие, — пробормотала Стеша, вглядываясь в сплетение стволов и ветвей впереди.

— Одиннадцать умирают, а двенадцатый живет сто лет, — продолжила Катюша. — Он сильный и не очень добрый. Наверное, потому что старый. Бабушка тоже старая и не очень добрая. А ты молодая и добрая. Понимаешь?

Стеша молча кивнула. На самом деле она ничего не понимала, но верила каждому сказанному Катей слову.

— И этот Двенадцатый, он больше змей, чем рыба. Он может заплывать из болота в заводь и даже выползать на берег.

— А он большой? — спросила Стеша шепотом, словно двенадцатый змей мог ее услышать.

— Очень, — ответила Катюша зловещим шепотом. — Они сказали, что Двенадцатый такой большой, что может три раза обернуться вокруг нашего дома, но он все равно меньше своей мамы, старой рыбы.

Мокрая одежда липла к телу, высасывая остатки тепла. Но холодно Стеше было не от воды, а от слов сестры."

"— Старая рыба добрая, но такая старая, что почти все время спит. А Двенадцатый все время голодный и опасный. Только не для нас с тобой. Не бойся, Стеша! Марёвки говорят: нас он никогда-никогда не обидит, потому что мы особенные, хоть еще и не сделали свой выбор. Они говорят, что нам надо бояться не Двенадцатого, а Тринадцатого.

— Есть еще и Тринадцатый? — Стеша так крепко сжала ладонь сестры, что та поморщилась от боли. — А он рыба или змея?

— Марёвки не знают или не хотят говорить. Они сказали, что он живет под землей, на торфяниках, но иногда становится птицей. — Она прижала к груди свою деревянную сову.

— Большой птицей?

— Не знаю. — Катюша пожала плечами. — Они сказали, что Тринадцатый все время злой. Злой и коварный. — Она снова перешла на зловещий шепот. — Марёвки его боятся и стараются не заходить на торфяники, потому что там очень опасно.

Ясно: на торфяниках очень опасно. Там живет Тринадцатый, который то ли рыба, то ли змея, то ли вообще птица. Чудесный получается бестиарий.

— Они не дружат. — Катя вдруг присела над каким-то болотным растением. Стеше даже пришлось выпустить ее ладошку. — Смотри, какое красивое!

Стеша посмотрела, согласно кивнула:

— Красивое. Это росянка.