Сопки Маньчжурии

Все забегали и закричали, и первой в ноги нежданно появившемуся царю бросилась дородная туша генеральши Веры Алексеевны Стессель, жалуясь, что она вот уже несколько дней ничего не ведает о невесть куда пропавшем супруге – поехал, дескать, в госпиталь с ревизией и пропал, как сквозь землю провалился. А во всем, говорят, виноват Артанский князь.

А ведь я как-то за прочими делами позабыл про эту особу – ее следовало бы отправить туда же, куда и ее супруга, но тремя этажами ниже, то есть прямо в объятья к герру Шмидту. Данная дама без зазрения совести кукловодила своим мужем, который, как оказалось, чист, то есть пуст, как надутый рыбий пузырь. Ничего, кроме яркого генеральского мундира и распирающего самомнения, в этом человеке не имелось. А это самомнение как насосом поддерживалось как раз сентенциями Веры Алексеевны: «Ах, Анатоль, ты такой умный. Ах, Анатоль, тебя недооценивают. Ах, Анатоль, ты же тут самый главный, так прикажи этому Смирнову…».

Сказать честно, когда я немного приоткрыл перед Николаем интригу вокруг этой войны, как она видится из нашего будущего, хозяин земли русской был изрядно удивлен, возмущен и раздосадован. Он-то планировал небольшую победоносную войну для укрепления своего правления и месть за старый удар саблей по голове, а не ускорение развития капитализма ценой военного поражения Российской империи. Попадись ему в тот момент Витте – этот тишайший вроде бы император казнил бы его как Стеньку Разина, с разрубанием на тысячу кусков.

Разумеется, остыв и предавшись так называемым «здравым размышлениям», Николай решил, что казнить господина Витте предпочтительнее чужими руками и каким-нибудь извращенным способом, не подписывая при этом никаких смертных приговоров. Например, руками эсеровских боевиков, при молчаливом высочайшем одобрении. Примерно так же в нашем прошлом был убит популярный правый политик Столыпин, нарушивший правило «не заслонять» коронованное ничтожество.

Чтобы погасить вспышку гнева, пришлось объяснить пока еще самодержцу, что господин Витте там такой не один. Крупная буржуазия, проводником идей которой является этот господин, спит и видит, чтобы превратить абсолютную монархию в России в конституционную, по английскому образцу. Владельцам заводов, газет, пароходов важно, чтобы царь сидел на троне смирно и ни во что не вмешивался, а всеми делами в российском государстве вертела бы как раз крупная буржуазия – либо напрямую, либо через примыкающую часть сервильной интеллигенции. А если царь по неразумию будет возражать, то Россию и вовсе можно превратить в республику, как во Франции.