Мама по контракту

Лишь в этот момент я выдыхаю свободно и слабо улыбаюсь ему в ответ.

Мы спасены. Спасены! Не могу поверить в это. На меня накатывает такая эйфория, что я хочу признаться во всем: что люблю его дочь, как свою, и его самого тоже, несмотря на то, что он ни черта не хороший парень и поступил, как сволочь, когда бросил меня, а еще…

— Пригнись! — кричит не своим голосом Лютый и круто дергает руль в сторону, так, что машину заносит и разворачивает боком на перекрестке.

Лишь когда поднимаю голову и вижу летящий в нас с поворота внедорожник, я понимаю, зачем.

Он подставляет под удар себя."

"Эпилог"

"После удара сознание словно выбивает. Оно возвращается урывками. Ощущение, что я качаюсь в тошнотворном мареве и никак не могу нормально сфокусировать взгляд. Пахнет резиной и словно металлом, но я не понимаю толком, почему. Подтягиваюсь выше на сиденье, пытаясь хоть как-то прийти в себя, и рвано выдыхаю. Паника волной поднимается из живота. Леся плачет и я, отстегнув ремень, осматриваю ее жадным полным тревоги взглядом. Лишь когда понимаю, что с ней все хорошо, просто плачет она от испуга, перевожу взгляд на Лютого.

Он лежит головой на руле, по лбу и виску стекает кровь, пачкая белоснежную рубашку и кожу в грязно-багровый цвет. Только сейчас до меня доходит, откуда взялся этот металлический запах, тяжелым свинцом оседающий на языке. От ужаса холодеют руки. Быстро склоняюсь, дрожащими пальцами пытаюсь нащупать пульс.

Есть! Боже, есть! Живой, просто ударился сильно и потерял сознание. Надо быстро найти телефон и позвонить в скорую, Бритому, хоть кому-то из списка контактов. И вытащить, обязательно вытащить обоих!

С душераздирающим скрипом задняя дверь открывается и я в панике оборачиваюсь назад. Кто-то отстегивает плачущую малышку и вытаскивает из салона.

— Леся… Что вы делаете? Нет, пожалуйста, не забирайте ее! — распахиваю свою дверь, чтобы броситься следом.

— Сидеть, — ледяным тоном приказывает Клим, направляя на меня дуло пистолета. — Довольна тем, что устроила?

Замираю, затравленным взглядом глядя на мужчину.

— Куда вы забираете Лесю? Зачем?

— Трупу моя внучка не нужна.

— Он живой! — кричу я, а меня трясет.

— Это вопрос времени, — жестко ухмыляется Клим.

Он передает оружие Демиду и кивает, отдавая молчаливый приказ. В центре живота разрастается дыра. Я ищу взгляд, но Рокотов настойчиво отводит глаза.

— Демид… Демид, пожалуйста… Не убивай его. Прошу тебя, — с трудом подавляя рыдания, умоляю я.

Рокотов поднимает на меня глаза и на губах появляется жесткая улыбка:

— Как раз его убивать я не собираюсь, — усмехается он.

Сухой щелчок — Демид взводит курок — заставляет внутренности сжаться в комок и к горлу подкатывает тошнота, когда он направляет дуло пистолета на меня.