Мама на семь лет

Давая понять, что он дорог мне. И что я леденею без его объятий.

Андрей напрягается. Я понимаю, что либо оттолкнет, либо обнимет. Сердце колотится на разрыв в ожидании реакции.

Глава 21

Дымов долго не шевелится, и когда мне кажется, что он уснул, поворачивается и впивается в мои губы. В его действиях нет былой нежности, только желание обладать, брать и наказывать. Андрей грубо ласкает, жжёт темнотой своих глаз, двигается во мне мощно и сокрушительно. Пусть накажет, я осознала ошибку и больше не буду пить таблетки. Только бы между нами все было как прежде.

Мы засыпаем изможденные, я испита до дна силой и жаждой Дымова. Просыпаюсь оттого,  что кто-то трогает меня за плечо. Фокусирую глаза на Андрее, замечая, что он выглядит свежим и отдохнувшим, но глаза неживые. На робота похож. Скользит по мне беглым взглядом, застегивая на запястье часы.

- У тебя самолет через двадцать минут. Собирайся.

Меня царапает от его холодного и замкнутого вида. Он швыряет в меня блистером с противозачаточными таблетками.

- Выпей. Я передумал. Детей от тебя не хочу. Контракт расторгнут.

Я вмиг просыпаюсь от его слов. Ведь ночью мы...  Нет. Не может этого быть, что он ставит точку в наших отношениях. Не верю.

Андрей выходит из комнаты и возвращается со стаканом воды и кивает на таблетки.

- При мне. А потом собирай вещи и пошла вон.

Ком подступает к горлу, пальцы начинают дрожать. Кажется, что я попала в плохой сон.

- Андрей, я сильно раскаиваюсь за свою ложь. Я испугалась. Я...  Прости.

- Ты, Юля, жалкая эгоистка, которая думает только о себе и своих чувствах. У нас было соглашение. Я оплатил все твои долги и лечение, накупил цацек и вывел в высшее общество. Если бы ты была умнее и дальновиднее, то семь лет - немаленький срок, а я бы никогда не отпустил преданную и влюбленную в себя женщину, к которой испытываю влечение. Логические цепочки, видимо, не твое? Жаль за твой выбор. Мало быть просто человеком, нужно развивать в себе человеческие качества. Ненавижу лицемерие и ложь.

Эти слова жалят. Мне больно. Внутри горит. Невозможно сделать вдох.

- Прости. Я...

- Таблетки Юля, - обрывает Дымов. - И на этом попрощаемся.

Наверное я сильно ошарашена происходящим. Не верила в такой исход. Да даже представить подобного не могла! Но разве так можно с людьми как Дымов? Да оступилась, а он вручил контракт на ребенка! И стоило мне чуть оступиться, как собирается вышвырнуть меня из своей жизни, будто я надоевшая вещь?  Нашел изъян и в утиль?

Беру стакан дрожащими пальцами и, расплескивая, подношу его ко рту, запивая таблетку. Тяжело выдерживать давящий взгляд Дымова. Но я смотрю. Он поджимает губы, окидывает меня разочарованными глазами, а потом разворачивается и выходит из номера.