Мама на семь лет

Робко, наивно, искренне. Дымов не отталкивает, но и не обнимает в ответ.

Мне вдруг становится всё равно, что со мной будет. Самое страшное уже случилось — он во мне разочаровался. У меня больше нет времени, чтобы растопить его сердце. Нет шансов, построить настоящую семью! Всё кончено.

- Может быть, проложим вечер в кальянной? - весело спрашивает друг Дымова, который как раз усаживается за стол.

- Наверное, не получится, - начинаю я.

- Да, едем, - резко отвечает Андрей.

Я смотрю на него и киваю, не представляя, что в голове у этого человека."

"В кальянную мы едем в такси на заднем сиденье. Друзья Андрея взяли другую машину, поэтому мы наедине. Практически, если не считать водителя. Андрей молчит, хмурится, смотрит в окно.

- Может, нам лучше поехать в гостиницу и поговорить?

- Нет.

- Тогда, может, поговорим сейчас?

- Я не хочу.

- Андрей, мне жаль. Пожалуйста, позволь мне оправдаться.

- Нет.

Я обессиленно опускаю голову и закрываю глаза. Сердце стучит в ушах. Мне никогда не было так горько. Никогда в жизни!

В кальянной Андрей много выпивает и громко смеется. Я раньше не видела его пьяным, и мне становится не по себе. Почему-то кажется, что ему тоже плохо. И больно. Что он не готов со мной расставаться, что он страдает... Но иного выхода не видит сам.

А может, это просто моя больная фантазия. И мне хочется, чтобы жесткий, потрясающий, идеальный бизнесмен Андрей Дымов влюбился в меня.

- Расскажите, как вы познакомились? - расспрашивает у меня жена его друга. - Андрей так редко появляется с кем-то на людях, мне не терпелось увидеть тебя вживую, Юля!

- Я пришла устраиваться на работу в его фирму, - говорю честно. - А потом... я попала в беду, и он помог мне. Очень сильно. Я всегда буду ему благодарной.

- Андрей щедрый, это правда. Ты знаешь, что у него есть благотворительный фонд?

- Нет.

- Андрей много делает для детей. И мы всегда с Сергеем шутим, что ему давно пора завести своих собственных! Хватит уже помогать чужим! Но Андрею всё время некогда. Надеемся, ты сумеешь его переубедить. Андрей будет потрясающим отцом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- И я надеюсь, - вздыхаю.

Домой мы едем уже совсем поздно. Заходим в номер, разбредаемся по ванным комнатам.

- Завтра поговорим, - бросает Дымов через несколько минут, когда мы вновь встречаемся в спальне.

Он укладывается в кровать и отворачивается. Я занимаю место рядом.

В комнате гаснет свет.

Наша постель, которая все эти дни была самым горячим и уютным местом на свете, сейчас кажется огромной ледяной пустыней.

В какой-то момент я не выдерживаю. Поворачиваюсь и придвигаюсь к Андрею. А затем, набравшись смелости, крепко обнимаю его и целую между лопаток. Много-много раз.