Мама для отказников. Берег надежды

Потом в лес идти несколько километров. И также обратно. А на следующий день опять на работу. Да и сушить негде, всё же квартира небольшая, не дом деревенский.

– Вот и я говорю, всё не по людски, – фыркнула травница. – От того и живёте не пойми как. Ты, вон, в мир другой пришла, а всё старыми порядками жить пытаешься.

– Как привыкла, так и живу, – я пожала плечами. – Чай не девица двадцатилетняя, за спиной багаж опыта и знаний имеется.

– И что твои опыт и знания? Вон, пришла вся зарёваная. Случилось что-то страшная? Али помер кто?

– Да устала просто, ещё и отец Лисы расстроил, – рассказала я. – Пришёл, давай высказывать, что негоже его дочери жить рядом с преступниками. А я то здесь причём? Не я же их заставила законы нарушать, да и отпустить не могу, опасны они."

"– А вот всё это потому что ты решить сама всё пытаешься, – наставительно произнесла Улья. – Оставь мужикам мужскую работу и не лезь.

– Да если бы могла! – воскликнула я. – Отвечать мне, как хозяйке этих земель.

– Что тебе отвечать-то, глупая? Письмо Его Величеству написать да мужиков стражам отдать?

– Но ведь их казнят, – тихо сказала я. – А там ребёнок маленький и вдова одна останется. Как себя не винить?

– Отпусти, – пожала плечами травница, а затем тихо продолжила. – Отпустишь, и уже через несколько дней они не в сарай проберутся, а в дом. И не порося своруют, а Айринку снасильничают. Тоже будешь плакать и говорить что жалко? Не жалей их, выбрали они своё путь. И не бойся ничего, король наш не дурак, зазря обижать не будет. Поступай как надо и не думай о других. Тебе есть о ком заботиться.

Улья посчитала разговор оконченным. Покачав головой, она сняла кастрюлю с чаем с плиты и вышла из кухни, оставляя меня в одиночестве.

Правда, долго мне скучать не пришлось. Буквально через пару минут вошёл Кейр.

– Я тебя искал, – сообщил оборотень, присаживаясь на стул, который только вот занимала травница.

Как-то незаметно он перешел на ты, а я не горела желанием исправлять. Не люблю я постоянно думать к кому и как должна обращаться, уж в собственном доме хочется без экивоков.

– Как мальчишка? – поинтересовалась в ответ.

– Хорошо, жить будет. Возвращен матери полностью здоровым.

– Это хорошо, – тихо отозвалась, расслабляясь. Ну хоть мальчику помогли.

– Я отправил Его Величеству письмо. Осталось дождаться стражников, – вновь подал голос Кейр. – Тебе, скорее всего, надо будет рассказать всё, что слышала или видела, о чём говорила и как узнала. Это не страшно, всего лишь формальность.

Я молча кивнула, а затем всё же спросила:

– Мне надо будет присутствовать на казни?

– Скорее всего, но чисто формально, – подумав, выдал Кейр.

– Формально это как? – не поняла я. – На бумажке?

– Нет, формально это не всю процедуру суда, а лишь на самой казни.