Мама для чужого сына

Он сравнил документы, отправленные Ликой и Тасей, и легко определил подмену.

– Джо, не понимаю… – включаюсь в разговор, поглаживая мужчину по плечам. Под моими прикосновениями его кожа вспыхивает, а мышцы наливаются сталью от боли… – Зачем Тасе так подставляться?

– Ее папашу скоро посадят, вот зачем. На Дениса Коваля возбудили уголовное дело по статье о превышении служебных полномочий и взяточничестве. После развода она остается без средств. Квартира не в счет… А, учитывая, к какому образу жизни Таисия привыкла… Они все подстроили – Виктор и Тася. Поделят бабло пополам, и делу конец! – цедит Джордан сквозь зубы. – Если только Ольшанский ее не кинет. Или она его!

– Черт! Ну и кашу вы заварили! – бурчит Хапаев. – А страдает от этого ребенок!

– Магомед, вы меня вините во всем этом? – спрашиваю, стыдливо отворачиваясь. Ну, конечно, а кого же еще? Я влезла в жизнь Джордана, навредила Мэю, натравила Виктора на фирму Осборнов.

– Энджи, никто тебя не винит. Перестань корить себя, детка. – Джордан слабо сжимает мою кисть.

– Прости, Анжелика, – смягчается Хапаев. – Ждем Вострикова. Поможем полиции исполнять их, мать вашу, обязанности.

Следователь приезжает в больницу тотчас. Не знаю, что на него так действует – любовь к работе или угроза, отчётливо звучащая в просьбе Хапаева? Медсестра просит покинуть палату, чтобы выполнить врачебные рекомендации – установить капельницу и обработать раны.  Хапаев жестом увлекает нас на улицу – недалеко от больницы есть уютное кафе с открытыми верандами.

– Идемте. Джордан сейчас все равно уснет. Я его доверенное лицо и могу выступать заявителем.

– Хорошо, что Джордан сейчас в безопасности. – Гробовым голосом произносит Востриков. – Ольшанский сбежал.

– Черт! – вскрикивает Хапаев. – Давайте сядем и съедим что-нибудь. Личке нужно хорошо питаться, а то Джордан меня убьет за недосмотр! Девушка! – Магомед поднимает руку и подзывает официантку. – Шашлык, салат, борщ! Несите самое лучшее.

Я давно приметила, что обуреваемый волнением и беспокойством, Хапаев ведёт себя именно так: во-восточному шумно и порывисто.

– Виктор находился под подпиской о невыезде. Сотрудничал со следствием, внешне не проявлял агрессии, – разводит руками Востриков. – После вашего звонка я отправил дежурного к нему домой... Ольшанский исчез. На работе его тоже нет. Мы дали ориентировки повсюду: аэропорты, железнодорожные вокзалы... Наверняка они скрылись вместе с Таисией... Местоположение Мэйсона остаётся неизвестным.

– Господи, – закрываю лицо руками. – Виктор слишком умный, чтобы светиться в аэропортах. Его уже давно вывезли из Москвы. В багажнике какого-нибудь микроавтобуса. А за руль он посадил свою любимую верную «шестёрку» – Иосифа Казанцева!

– Казанцева? Хм.